Театр теней

— Кто же тогда донор? — спросила Джоан.

— Я не знаю. Я клонировал его, чтобы это выяснить.

Объяснения Дэвиса больше походили на речь адвоката, нежели врача, и начал он с того, что напомнил Джоан, как она сама подверглась нападению и разочаровалась в возможностях полиции. Он рассказал ей, как в свой семнадцатый день рождения Анна Кэт отвела его в сторонку и извинилась за свое поведение — пока она была подростком, родители провели много бессонных ночей. Они посмеялись, присели рядышком на ступеньках из кедра и, прижавшись друг к другу, стали глядеть на двор. Он поведал Джоан, как провидение послало ему пузырек, который отдали ему по ошибке в полиции, и о Финнах и их здоровеньком мальчике. О том, как он подделал документы, подменил образец ДНК Эрика Лундквиста, а его генетический материал уничтожил.

— Но ведь это безумие, Дэвис, — тихо сказала Джоан. — Безумие. Что же ты собирался делать потом с этим ребенком?

— Я не собирался и не собираюсь ничего с ним делать, Джоан. Он будет наслаждаться жизнью, а я буду ждать, пока он вырастет.

— А потом смогу взглянуть в лицо убийце Анны Кэт.

— Он не будет ее убийцей, — сказала Джоан.

— Нет, нет, не будет. Но я буду знать, как он выглядит.

— А разве это важно?

— Было важно, — ответил он. — Да и сейчас важно.

— Тебя же арестуют, если все откроется.

— И меня арестуют, если я немедленно не расскажу обо всем этом комиссии.

Дэвис слегка повернулся на стуле. Вот это больше всего и беспокоило его с самого начала. Конечно же, он надеялся, что Марта Финн выберет в качестве педиатра для своего сына именно доктора Бертон, поскольку ему хотелось оставаться поближе к ребенку. Он понимал, разумеется, что Джоан тоже вероятнее всего придется привлечь к делу, хотя до последней минуты не мог с этим примириться, даже сейчас, собираясь упросить ее держать рот на замке.

— Ты никогда не задумывалась, на что ты была бы способна, если б могла снова столкнуться лицом к лицу с тем подонком, что на тебя напал?

— Просто не верится, что мы с тобой об этом говорим.

— Ты кому-нибудь об этом уже рассказала? Питу? Грегору? Кому-то еще? — спросил он, имея в виду историю с ДНК Джастина. Он был абсолютно уверен, что нет. — Ты не должна никому говорить об этом, Джоан. Ты сама прекрасно это понимаешь. Попробуй на минуту забыть о себе и обо мне. Попробуй забыть о том, какую, по твоему мнению, ужасную вещь я совершил, о нарушении этики, бесконтрольности и прочей ерунде. Подумай о Джастине.

— Я-то как раз думаю о Джастине. О несчастном маленьком мальчике, которого ты однажды решил вылепить из монстра.

Дэвису показалось, что фраза прозвучала как-то уж очень напыщенно, хотя, может, он и сам сказал бы нечто подобное, окажись он на месте Джоан.

— Ладно.