Татуировка

— От кофе не откажетесь? У нас хороший кофе, — главный редактор улыбнулась одновременно и доброжелательно и по-деловому, сразу же предложив удобное современное пластмассовое кресло напротив себя, чуть ближе к углу стола. — Или

чай? Хотите с бергамотом?

Агния придвинула к столу ногу так, чтобы дыра была незаметна. Обычно она пила кофе, но тут решила проявить скромность и остановилась на чае.

— Манюша, принесите быстренько чай, — попросила главный редактор кого-то по внутренней связи и снова повернулась к Агнии. — До того, как вас пригласить, я просмотрела ваши театральные публикации…

И Агнии показалось, что главный редактор сказала это как-то странно. «Сейчас объявит, что передумали», — с тоской подумала она и несмело выдавила:

— Понравились. — Дама снова улыбнулась. — Иначе бы я вас не позвала. Проект договора готов, сейчас мы внесем в компьютер ваши реквизиты и распечатаем. Редактор вашей серии у нас заболела, поэтому сегодня мне приходится заниматься всем. Да, я не помню, называла ли свое имя и отчество. Меня зовут Людмила Серафимовна… Людмила Серафимовна Боголюбова.

— Но перед тем как подписывать договор… — начала Агния фразу, которую много раз репетировала, готовясь к поездке.

Дальше следовали слова: «… я бы хотела уточнить предварительные условия». После этого, как советовали Агнии многоопытные коллеги, ей должны были дать для изучения проект договора. В принципе, она могла даже не сразу подписывать его, а взять домой на день-два, чтобы показать юрш> там, вставить свои предложения или поправить невыгодные для нее, автора, условия.

Однако сейчас Агнии вдруг показалось, что ее голос прозвучал чересчур нахально, тем более, при ее-то нынешнем виде. Она растерялась и забыла все слова, которые должна была произнести.

А Людмила Серафимовна продолжала смотреть на нее с таким недоумением, что у Агнии сама по себе вырвалась совсем иная фраза:

— Для начала меня в вашей Москве ограбили, и я даже не смогла сделать прическу, как собиралась. — И тут Агния совсем уж неожиданно для себя заплакала. Отвернувшись, она пыталась унять слезы, но те не останавливались. И тогда Агния добавила: — Вы представляете, как все глупо получилось! Я так готовилась и вот… — Понимая, какую жалкую роль играет она во всей этой сцене, Агния наконец собралась и выдавила: — Простите меня, Бога ради. Если можно, я выйду минут на пятнадцать, а потом войду и сразу подпишу ваш договор.