Татуировка

Это ничего, что родители были белыми, в конце концов, можно будет сказать, что ребенок в ее бабушку с Украины, которую после войны в Европе судьба забросила в Колумбию. И, кстати, насколько она помнила бабушкин язык, эти родители тоже вроде бы были славянами. Они поставили коляску с ребеночком около невысокого .барьера посередине зала, а сами уселись за барьером, чтобы тянуть через соломинку коктейль со льдом. Пресвятая Дева вняла ее молитвам — лишь два рядом стоящих кресла были свободны, и оба они располагались спиной к ребенку. Теперь самым важным было изобразить на несколько секунд неспешность и спокойную материнскую улыбку.

Это Мария и сделала. Не торопясь, постоянно следя боковым зрением за тянущими прохладный коктейль родителями, она подошла к коляске и улыбнулась так ласково, как она собиралась всю жизнь улыбаться своему ребенку. Если бы ее прихватили сейчас, Мария объяснила бы, что ребенок проснулся, заплакал и она взяла его, чтобы успокоить, пока родители наслаждаются прохладным напитком. В левой руке у нее была большая пустая сумка. Продолжая улыбаться, она вынула из коляски спящего ребенка и сделала всего три шага в сторону. Теперь надо было немедленно смешаться с толпой. Что-что, а уж толпа в этот день и час была здесь повсюду. Расположение дамских туалетов было ею выяснено заранее. В туалете она мгновенно раскрыла на сумке молнию, вынула парик, очки и аккуратно положила в сумку продолжающего спокойно спать младенца. Ей даже хватило самообладания, чтобы взглянуть на себя в зеркало. В этом парике она выглядела чудовищно, но зато неузнаваемо.

Удивительно, что, когда она вышла из туалета с младенцем в сумке, по аэропорту все еще не была объявлена тревога. По всей видимости, родители продолжали высасывать свои коктейли, да и куда им было торопиться: аэропорт закрыт, а их кресла за столиком — единственные места, где можно было присесть.

Мария постаралась припарковать машину как можно ближе к зданию аэровокзала, и все же подход к ней занял кое-какое время. Когда же она пробралась по узким лабиринтам, стараясь не задевать сумкой — ведь там было нежное тельце младенца — за чужие бамперы и двери к своему «Форду», выяснилось, что выехать оттуда она сможет очень нескоро.

Мгла сгустилась еще сильнее, душное затишье сменилось усиливающимся ветром. Было ясно, что с минуту на минуту ударит ураганный ливень, а она стояла перед собственной машиной и не могла подойти к ее дверям — машина с обеих сторон была вплотную зажата автомобилями. Бешеный порыв ветра чуть не сорвал с ее головы парик, и оставалось быстрее пробраться назад к зданию. А там сесть в первое подвернувшееся такси. Главное — скорее отсюда исчезнуть, машину можно

будет забрать потом.