Тату с координатами

Но, по данным штаба Росгвардии, бандитов всего было около двух десятков. Странный, надо сказать, подсчет получается, когда используется слово «около». Это могло означать и те восемнадцать, что уничтожены, и с тем же успехом двадцать пять бандитов. Значит, в этом случае оставалось еще несколько человек? Двое, пятеро или даже больше? Но тогда данные штаба Росгвардии кардинально ошибочны.

Какой вообще был смысл бандитам переносить миномет раньше окончательного уничтожения взвода росгвардейцев? А если бандитов осталось только двое, то им вообще миномет уносить смысла не было. Хотя тут я не прав. Они должны были его унести, когда восемнадцать других были живы, и намеревались вернуться на базу.

Ситуация казалась мне слишком запутанной. Я ее откровенно не понимал и видел единственный допустимый, на мой взгляд, вариант – у бандитов было больше сил, чем предполагалось, и они планировали одновременно или чуть позже провести какую-то акцию с применением миномета.

Акцию, естественно, необходимо было пресечь. Однако самостоятельно решить эту задачу я не мог. Здесь помочь могла только разведка с воздуха, которая мне не подчинялась. И потому я вызвал на связь начальника штаба сводного отряда майора Абдусалямова.

Камал Мунасипович терпеливо выслушал меня. Мои доводы заставили его задуматься. Я живо представил себе картину, как майор сидит за столом и задумчиво барабанит пальцами по настольному стеклу. Правда, такая привычка была у нашего начальника штаба батальона, но я машинально перенес ее и на начальника штаба сводного отряда. Сам тем временем придумал против своих доводов и контрдовод:"

"– Я, конечно, понимаю, что могло статься, что у бандитов просто был ограниченный запас мин, и они унесли миномет потому, что стрелять было больше нечем. Думали где-то минами разжиться, и потому решили миномет поберечь до лучших времен. И именно потому, что мин было мало, не проводили предварительную пристрелку по ущелью. Тем не менее если мое предположение ошибочно и если мы не сможем предотвратить какую-то акцию, даже только предполагая, что она может готовиться, но не имея полной уверенности, мы все равно, товарищ майор, несем за нее прямую ответственность. Там могут мирные люди погибнуть…

– Я понял тебя, Геннадий Васильевич, понял… И полностью с тобой согласен. Вот смотрю на часы и соображаю, вернулся ли вертолет с задания. Если вернулся, высылаю к тебе. Это «Ночной охотник». Он в состоянии взять с собой максимум четверых, да и то в тесноте фюзеляжа. Значит, использовать его для перевозки взвода невозможно. Потому буду обращаться во все инстанции, начиная с Росгвардии и ФСБ. Могу дойти вплоть до правительства республики. Буду требовать вертолет для твоего взвода.