Таргитай

Оба – крепкие, видно, что в ладонях могут подковы гнуть."

"– Тот змей просто сначала таскал у нас овец, коров, – пояснил Тарас. – А один раз – унёс пастушку.

– Она потом вернулась брюхатая, – добавил Пукан осторожно. – На свет появился уродец со змеиной кожей, так что пришлось обоих забить камнями.

Таргитай охнул.

– А чего просто не прогнали? Зачем убивать?

Корепат развёл руками.

– Наш волхв так велел. Мол, нечего змеиному отродью землю топтать. Чтоб не вредили.

– Он же потом и сказал, что надобно приносить змею жертву! – добавил Пукан. – Умаслить, чтоб он девок наших жрал, а не брюхатил. Мы ему самых уродливых выбирали, старались! Тем более их не жалко.

– Кто – он? – уточнил невр. – Волхв?

– Змей, а не волхв! – бросил староста сердито, глядя на богатыря с подозрением, что умом он не блещет.

Степан осуждающе покачал головой. Спросил:

– А потом что? Откуда взялся Протей?

Селяне растерянно переглянулись. Староста торопливо сказал:

– Змей потом всё одно начал прилетать. Парней он ел, а девок, видать, того… ну… гм… снова. Только уж больно страшные они были. Он стал вновь прилетать за красивыми. Мужики собрались как-то раз, пошли и убили его. Думали, уже всё, заживем спокойно, по-человечьи. Так нет, появился Протей, несколько раз проник в хаты, съедая молодняк и малых детей. И в соседних деревнях тоже. Теперь вот, по совету волхва, отбираем для него самых красивых! Лучше поделиться, отдать волку одну овцу, чем он сожрёт всё стадо.

Степан насупился.

– А чего и его не убьёте скопом? Змея-то, небось, растащили на мясо всей деревней!

– Так мы ж тебе говорили, – сказал Тарас, разведя руками. – Протея даже железо не берёт! Его ни убить, ни ранить! Одна надежда – на вас!

Таргитай осмотрелся. Внизу от подножия скал тянется твёрдая, как камень, земля. Трава с короткими жёсткими стеблями умудрилась пробиться и через неё, местами укрывая камни зелёно-серым ковром.

Корепат мрачно погладил бородку.

– Вон там, – сказал он, – из скал появляется Протей. Обычно выходит, когда садится солнце.

Корявый палец с грязным ногтем ткнул вниз, на раскинувшуюся прогалину.

Таргитай увидел с десяток торчащих из земли широких в обхвате каменных столбов. Они стоят, образуя полумесяц, торчат, как пальцы закопанных в землю ладоней. Все в зарубках, рытвинах, словно их обгладывали огромные звери.

Степан нахмурился, рука легла на рукоять меча. Таргитай приложил ладонь ко лбу козырьком, чтоб вышедшее из-за туч солнце не мешало смотреть.

К столбам привязаны трое юношей и пятеро девушек. Ветерок треплет волосы, шелестит рубахами и подолами платьев. Головы несчастных опущены, будто уснули. Никто не кричит, не зовет на помощь. Парни не стараются сорвать верёвки и хоть как-то помочь девушкам.