Таргитай-2. Освобождение

Конь с рыжей гривой ухватил зубами кишки в разорванном животе, принялся жевать, но потом потащил на себя, вытаскивая из брюха сизые, дымящиеся внутренности, будто для забавы.

Слуга давно мертв, на бледно-землистом лице маска страшной боли, словно и после смерти чувствует, как его рвут на части и сжирают эти чудовища.

Морды у коней страшные – окровавленные, в глазах столько лютой злобы, что Таргитай вздрогнул. Взгляд голубых очей невра будто окаменел, затем глаза приобрели серый оттенок стали.

В следующий миг он разжал пальцы и спрыгнул на землю. Стефей последовал его примеру. В руке воина заблистал меч. Кони перестали доедать мертвеца, подняли морды, которые теперь выглядят еще более устрашающе, смотрят на двух людей, не мигая, как удавы на кроликов. Один из коней сделал шаг вперед.

– Я сдеру с этих тварей шкуры! – процедил Стефей. – Сделаю из костей барабан, обтяну и стану играть по праздникам!

– Только попробуй! – донесся сверху властный голос царя.

Таргитай поднял голову, обернулся. Диомед стоит на балконе, с кубком в руке. Рядом возвышаются Миродрал с Миролюбом. Смотрят насмешливо, злорадно.

– Бросьте мечи, – велел Диомед. – Не дай боги с моих коней упадет хоть волосок. Шкуры тогда уже спущу на барабаны я. Особенно с тебя, воин. Твой друг варвар, сразу видно, что любит коней, ха-ха! Не то, что ты – бездушная тварь. Я сказал – бросай меч!

– А ты меня заставь! – едва не истерически расхохотался Стефей. Его трясет от ярости, в глазах лютое желание свершить месть, убить всех, до кого сможет дотянуться, и в первую очередь – этих похожих на коней тварей!

Царь криво усмехнулся.

– Как скажешь, – молвил он, вскидывая ладонь. – Эй, лучники!!

Кони двинулись было к Таргитаю со Стефеем, звякая цепями, но невр шагнул им навстречу, и животные остановились. Смотрят настороженно, в глазах жажда крови, но ближе подойти не решаются, словно чуют заключенную в дудошнике божественную силу.

Тарх услышал на балконе ярусом выше того, где царь и братья-полководцы, скрежет натягиваемой тетивы на луках. Глянул туда – их на прицеле держит десяток воинов.

– Прижмись к стене, – велел он Стефею негромко.

В тот же миг Таргитай, ощутив как из него рвется нечто яростное и дикое, рванулся вперед. Он принялся карабкаться по отвесной стене, будто кошка, вроде бы цепляясь пальцами за трещины и выступы, но в то же время, как будто просто взбираясь, словно это не составляет труда.

Лучники выстрелили одновременно. Стефей рванулся под защиту стены, затем быстро подхватил растерзанный труп несчастного слуги, закрылся, как щитом. В мертвое тело с глухим звуком вонзилось полдюжины стрел.

Таргитай карабкался наверх.