Танцовщица в луче смерти

– А как же все эти «ниточки», про которые речь в детективах?

– Вот и я иногда думаю: где эти ваши ниточки-клубочки, мадам Агата Кристи, мистер Конан-Дойль? Я бы дернул, ох, я бы их потянул, черт меня подери...

– Ты нарочно так говоришь... Ты хочешь, чтобы я отстал. Извини, но мне кажется, проблема еще и в том, что у тебя другие дела.

– Фу-у-у, старик! Тяжело с тобой. Ну, если ты завязал с решением всех умных проблем, можешь поездить со мной, увидишь, в какой рутине тонет подчас моя инициатива. Так куда же мне все-таки поехать в первую очередь?.. Черт. Надо проверить, как там Алла Селезень. Думаю, она в кругу доброжелателей, и Яшка Синельников в первом ряду среди них. Погнали к ней?

...Они вошли в квартиру с сорванной с петель дверью, встали над мертвыми телами собак, над лежащей на них Аллой... Из рук Артема выпал на пол пакет с сосисками. Сергей пощупал пульс Аллы, поднял веки...

– Она жива. Губы синие. Что-то с сердцем.

Врачи «Скорой» вынесли Аллу, бросив Сергею и Артему:

– Похоже, обширный инфаркт. Побоище тут какое было... Вызывайте полицию.

Сергей записал, куда ее везут, склонился над собаками, подобрал несколько гильз.

– Ты тут побудешь или со мной спустишься? – спросил он у Артема.

Минут через двадцать они вытащили Яшку Синельникова с руками, стянутыми сзади его же ремнем, из его квартиры. Перед тем как Сергей открыл дверь подъезда, Артем попросил:

– Подожди, пожалуйста.

Он один раз ударил Яшку по лицу, но с такой силой, что сам удивился, как у того голова не отвалилась. Затем они вышли спокойной группой, дождались машины с нарядом, передали клиента, гильзы, пистолет, дождались, пока ребята погрузят собак в багажник для экспертизы.

– Спасибо, друзья, – сказал Сергей. – Яша, жди. Я очень скоро появлюсь. Оформлю только все документы по состоянию здоровья Аллы Селезень. Старые травмы тоже зафиксируем, не беспокойся. У нас, как в аптеке.

Полицейская машина уехала, Артем повернулся к Сергею:

– Слушай, давай к тебе вернемся. Умыться, что ли. Руки помыть.

Они молча вошли в квартиру Кольцова, он дал Артему чистое полотенце, тот пошел в ванную... Сергей вошел туда минут через пятнадцать. Артем стоял рядом с раковиной, из которой лилась вода, закрыв лицо руками. Он плакал! Сергей тихонько вышел, закурил на кухне. Да. Не стоило такому человеку гулять ночью в парке. Как ему из этого выбраться в свою ровную, чистую жизнь, – Сергею было неясно. Тем более что Артем умудрился даже отношения с Юлей обострить, довести и ее до отчаяния. А без нее такому человеку – край.

Тоска. Страшная, невыносимая тоска мешала Виктории вздохнуть. Воспоминания всей ее жизни, стены этой камеры, то, что произошло недавно на очной ставке, – все это истребило ее крошечную надежду на какой-то шанс, слабое желание выжить.