Танкист из штрафбата

А он – механик-водитель Отто Мюллер. Им была поставлена задача атаковать в направлении деревень Девочкино и Вязовск. Русская противотанковая артиллерия на пути стала для них полной неожиданностью.

Деревянко тоже вылез из танка, подошел к подбитому «тигру» и вдруг переменился в лице. Несколько мгновений он пристально смотрел на эмблему – «несущегося буйвола» – потом спросил по-немецки (школьные знания позволяли):

– А где «тигр» номер 123?

Немец ответил, что это экипаж командира танкового взвода лейтенанта Вильгельма Зиммеля. Вторая рота, у них другая задача.

– А что за интерес у тебя к этому «тигру»? – удивился Иван.

Саня вдруг сорвавшимся голосом ответил:

– Очень большой интерес и хорошая память! Очень хорошая! На всю жизнь! Я этого буйвола на броне на всю жизнь запомню. Это они разрушили и сожгли нашу деревню! И мою бабушку и брата гусеницами, гады, раздавили…

– Да, Санек, помню, все помню. Значит, они людоеды…

Сидорский тряхнул за грудки пленного:

– Саня, как твоя деревня называется?

– Большая Драгунская…

– Командир, спроси, атаковали они там?

На обожженном лице танкиста ничего, кроме боли, не отразилось, но он сжался, потом ответил.

– Говорит, что там воевала вторая рота, – перевел Родин.

– Воевала… – злобно повторил Сидорский. – Повезло тебе, ганс, а то тут же тебя на гусеницы бы намотали.

Механик, видно, понял, что жизнь его только что висела на волоске, и, решив, что надо сотрудничать, сообщил, что в сумке командира батальона карта и поэкипажный список личного состава.

– А ну, посмотрим по-быстрому. А ганса закидывайте на броню, сдадим в штаб.

За происходящим с интересом наблюдал Баграев.

– Руслик, принимай груз, – распорядился Иван. – Отвечаешь за него.

Немца посадили на трансмиссию. Родин открыл полуобгоревшую сумку капитана фон Кестлина. Там действительно находилась командирская карта района, рабочая тетрадь и еще семейные фотографии. На первой, второй и третьей странице тетради был список личного состава 505-го батальона тяжелых танков. Родин нашел 123-й экипаж.

– Точно, не соврал немец: вот твой знакомец, Саша: командир 1-го танкового взвода 2-й роты лейтенант Вильгельм Зиммель, – и тут же другим тоном приказал: – Так, ребята, все по местам. Нам еще три танка зачистить надо.

Артиллеристы и по тем машинам поработали основательно: по их повреждениям можно было судить, как происходило побоище.

Сначала танкам перебили «ноги» – гусеницы и опорные катки. Несущиеся по полю «тигры» развернуло к орудиям более уязвимой бортовой частью. Потом едва двигающимся машинам артиллеристы учинили смертный бой, всаживая бронебойные снаряды в борта, в башни и корму.

Печальное зрелище представлял собой седьмой танк – Pz Kpfw III.