Танкист из штрафбата

Все ему не в радость, все через силу, везде опаздывал, и слова ему не скажи, везде подвох видел. Может, смерть свою чувствовал… А погиб, знаешь как? Немцы их танк подожгли, все успели выскочить, а он не смог… Потом причину узнали. У него штекер нагрудного переключателя танкового переговорного устройства заржавел, быстро отсоединить не смог. А тут секунды решали…

– А спасти его не смогли бы? – спросила Оля и спохватилась, не надо было об этом говорить.

– Не смогли бы… И сами погибли бы: семь секунд, и начинает рваться боекомплект… Зануда я, – вдруг сказал Иван. – Нашел о чем с девушкой разговор вести: о родной роте и танковых устройствах. А я все жду, чтобы Олечка о себе рассказала. Ты ведь из Питера, правда?

– Правда… А ты сам не рассказал о маме и папе, нехорошо, – напомнила Оля. – Они сейчас на фронте?

– Нет, в Москве. Они оба сейчас работают на каком-то оборонном заводе. Даже не знаю, на каком. У них бронь…

– Сейчас все население работает на оборону.

– А твои родители где? – осторожно спросил Иван.

– В Ленинграде… – вздохнула Оля. – Они оба – военные врачи…

– Тяжело сейчас там, – тихо сказал Иван.

– Они хотели, чтобы я по семейной традиции тоже стала врачом, – чуть улыбнулась Ольга. – Ведь у меня дедушка и прадедушка были врачами – полевыми хирургами.

– И будущее твое было предопределено с пеленок, – вставил Иван.

– Да, все так думали. Но я решила проявить характер и поступила на библиотечно-информационный факультет института культуры.

– Представляю, что творилось в благородном семействе…

– Нечто невообразимое, Ваня. Что мне только не предлагали: от стоматолога до гинеколога, от педиатра до психиатра…

– От окулиста до массажиста…

– Вот-вот… А я тебе скажу, Ваня, по секрету, что я тогда влюбилась…

– Не говори, кто, найду и убью на дуэли… – мрачно пошутил Родин.

– Это будет трудно, потому что это Дворец принца Ольденбургского, в самом сердце Ленинграда, на Дворцовой набережной.

– Вызывать на дуэль принца? Я готов, и будет, как с Гамлетом. Проткну безжалостно…

– Опоздал, Ванечка… Он продал дворец еще до революции Временному правительству.

– Как все банально у этих принцев, но, надо отдать должное, вовремя сориентировался… Олечка, а разве можно влюбиться в каменный дом?

– Можно… Надо только любить свой город и быть…

– Вот видишь, ты уже понимаешь меня. – Оля почувствовала, как слабеет в его объятиях и как кружится голова.

Вдалеке тихо взлетела ракета, в мертвенном свете кто-то ощупывал взглядом равнину, ложбинку и холмы.