Таня Гроттер и посох Волхвов

Все остальные детали вашего повествования, будьте любезны, оставьте для пересказа потомкам. Еще один вопрос, на этот раз последний. В каком месте вы подобрали обложку? – строго спросила Медузия."

"– Да разве упомнишь… Да только не здесь это было, не в Тибидохсе… Кажись, в ближайшей рощице у пруда… – с облегчением сказал Липоня, решивший, что гроза миновала. Но на самом деле она только начиналась.

– В РОЩИЦЕ У ПРУДА? Ты хочешь сказать, что рубил дрова для костра в Заповедной Роще? – так и взвился Поклеп.

Липоня так перепугался, что уронил себе на палец дубинку. Хотя он был втрое выше низенького завуча, но, как и остальные циклопы, боялся его до дрожи. Смешно было смотреть, как Поклеп наступал на огромного циклопа, а тот пятился, сметая всех на своем пути и даже не замечая этого.

– Ты хоть представляешь себе, что такое Заповедная Роща и что случилось, когда в последний раз там срубили дерево? И что это было за дерево! Что у тебя в голове? Студень? Сплошная кость? – клокотал Поклеп.

Великая Зуби оглянулась на настороживших уши учеников и, подойдя к Поклепу, мягко коснулась его локтя.

– Лучше не надо теперь про Заповедную Рощу. Тут дети. Меньше знаешь – лучше спишь, – негромко сказала она.

Опомнившись, Поклеп остановился и махнул рукой, показывая, что Липоня свободен и вопросов к нему больше нет. Циклоп, радуясь, что все закончилось благополучно, нырнул в толпу своих дружков.

– Ну, как я держался? Как я этих магов прищучил? – неуверенно спросил он.

– Да уж! Прям с грязью смешал! Пущай знают наших! – подбодрили его остальные.

Липоня просиял и, на глазах восстанавливая душевное равновесие, отправился подбирать дубинку.

Таня видела, как Великая Зуби осторожно присела на корточки возле обложки и постучала по ее краю пальцем.

– Гуго, ты здесь? Выходи! – сказала она.

Внутри кто-то завозился. Однако выходить обиженный Гуго отказался наотрез. После пяти минут упрашиваний он снизошел лишь до того, что высунул сквозь рамку руку и вывесил табличку: «Не беспокоить! Я на реставрации!»

Ученики захихикали, видя, что Великая Зуби потерпела фиаско. Но та, как видно, отлично знала, как обращаться с не в меру зазнавшимися призраками.

– Прекрасно! Если у тебя нет времени, разумеется, мы не станем тебя тревожить, – спокойно произнесла Зуби. – В таком случае джинну Абдулле следует сказать, что остальную часть книги он может выбросить… Он давно утверждает, что это графомания.

– ГРАФОМАНИЯ? ДА КАК ЭТОТ АБДУЛЛА СМЕЕТ! САМ ГРАФОМАН! ПРОКЛЯТИЯ СТИХОТВОРНЫЕ КРОПАЕТ, БЕЗДАРЬ! – завопили внутри обложки.

Зубодериха тонко улыбнулась.

– Зачем же так сразу рубить сплеча? У Абдуллы есть неплохие строфы, это всем известно. А вот у тебя в книге, он утверждает, нет ни одной правдивой истории.