Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Ожидать прыти от румяного толстячка со смешной бородой было сложно, и именно поэтому Сарданапал всегда умел удивить своих врагов.

– Возвратус отправителюс! – быстро крикнул он и, схватив со спинки стула плащ, энергично махнул им.

Защитное заклинание и волна воздуха сделали свое дело. Испепеляющие искры в замешательстве застыли, точно прохожий, вспомнивший, что забыл ключи в дверях, а затем поплыли по воздуху к Зербагану, окружая его со всех сторон.

Зербаган, не растерявшись, дунул на свой перстень, и все искры погасли. Лишь одна успела зацепить его плащ. Плащ мгновенно осыпался серым пеплом. Зербаган наклонился вперед. Красный, страшный, душно пахнущий глубинами Тартара.

– Ничегоус невечнус, – выкрикнул он заклинание быстрой смерти и, не размениваясь на множество искр, выпустил единственную яркую, стремительно помчавшуюся к голове академика Сарданапала.

Искра летела так быстро, что Зербаган был уверен: академик не успеет вспомнить и произнести контрзаклинание. План его был очевиден. Расправиться с самым сильным и опасным магом, а затем уже заняться другими. Замысел, возможно, был не плох, однако забывать о Великой Зуби не стоило. Ее магическая реакция, отточенная сотнями сглазов и их отражением, была выше всяческих похвал.

– Эйдосси бессмертнум! – крикнула она, обратив искру Зербагана в пшик, и тотчас, после неуловимой паузы, мстительно добавила: – Шлепкус всмяткус капиталис.

Для мага уровня Зербагана банальное заклинание размазывания по стене не могло быть особенно опасным. С другой стороны, оно не имело контрзаклинаний, чего не могла не знать коварная Зуби."

"Красная маленькая искра, сорвавшаяся с ее кольца, отбросила Зербагана на стену. Любой лопухоид от такого удара не просто сломал бы себе шею. Он стал бы мокрым пятном на стене, которое не отмыли бы и десяток укушенных гигиеной уборщиц. Однако Зербаган не был лопухоидом.

Поднявшись, он потряс головой и крикнул:

– Смертус истеричкум. Ненавижум психопаткус!

Это был старый прием опытных магов: скрестить два смертоносных заклинания, добившись гремучей смеси, которую невозможно парировать. Зуби успела отразить его искру и избежала гибели, однако заряд магии, вложенный во второе заклинание, оказался слишком сильным для нее, и она рухнула без чувств, на какое-то время выбыв из борьбы.

Без сомнения, Зербаган, в котором благородства было меньше, чем в танковых гусеницах, добил бы Зуби, но, к счастью, за нее вступились.

– Отвяниум сволочелло! – сквозь зубы произнесла Медузия.

Если она и выпустила искру, то ее никто не видел. Не исключено также, что Меди атаковала Зербагана силой своих магнетических глаз, силой древней и почти забытой. Ревизора завертело и отбросило на Поклепа, встретившего его несколькими одиночными искрами.