Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Еще год, и Пень вошел бы в десятку самых состоятельных людей планеты, – серьезно заметил Ягун.

Ванька недоверчиво фыркнул.

– Наш Пень? Самый состоятельный лопухоид планеты? Чушь какая!

– Напрасно смеешься, маечник. Почему бы и нет? Но тут уже темные маги – те самые, что промышляли Начихалусом, забили тревогу. Одно дело – понемногу дурачить игровые автоматы и совсем другое – наглеть. Ты еще не забыл первое правило поведения мага в лопухоидном мире?

– Не светиться, – сказал Ванька.

– Точно. Не светиться. А Пень светился. В общем, кто-то из шишек, прикрывавших темных магов, подослал к нему наляпов, чтобы они вправили ему мозги и забрали глиняшку. А под раздачу, естественно, попал я, – заявил Ягун."

"Он хотел добавить еще что-то о себе дорогом и любимом, но не успел. Неожиданно Пупсикова оглушительно взвизгнула и попятилась. Дело в том, что Ленка Свеколт, стоявшая с ней рядом, побледнела, покачнулась и стала падать вперед. Не успей Шурасик подхватить ее, она разбила бы лицо. Спустя несколько секунд она очнулась и сделала судорожный вдох. А еще спустя мгновение Жанна Аббатикова закашлялась и тяжело опустилась на пол, закрывая ладонью нос. Из носа у нее шла кровь.

Все растерянно сгрудились вокруг. Никто ничего не понимал. Вездесущая Верка Попугаева, разумеется, оказалась в первых рядах.

– Что случилось? Они не подрались? – спрашивала она у всех, приседая от любопытства.

– Нет, – отвечали ей.

– И сглаза не было? И запука?

– Нет.

– Обе влюбились в Шурасика? Тоже нет? А в кого? – спрашивала Верка, поспешно намечая направления для будущих сплетен.

– Попугаиха, да замолчи ты!.. Ягун… зови Ягге! – крикнул Шурасик, вскакивая и порываясь бежать.

Свеколт удержала его за руку.

– Не надо Ягге! Не сюда! – выговорила она с усилием.

– А куда? Что с вами?

Ленка с трудом села, набираясь сил.

– С нами – ничего. Глеб… Что-то произошло с ним, – произнесла она.

– С Бейбарсовым? – удивленно переспросил Шурасик.

– Да. С Глебом.

– Но почему тогда вы?.. – начал Шурасик.

– Мы с ним в связке… Общий дар, общая защита… Если умрет один из нас, умрут все трое, – спокойно, без малейшего сомнения в голосе сказала Свеколт.

Она нашла глазами Жанну Аббатикову и взглядом, казалось, передала ей часть своих сил. «Они как сообщающиеся сосуды… Общая энергетическая система!» – подумала Таня.

Она задыхалась от чувства вины. Если бы не ее просьба, Глеб не стал бы следить за Зербаганом. А тут еще, растолкав всех, из толпы вынырнула Лиза Зализина. Ягун досадливо поморщился.

– Я знаю: это все она – Татиана Гроттер! Где кровь, где смерть, где измена – везде она! – голосом трагической актрисы из погорелого театра вскричала Зализина.