Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Он сказал Ягуну, что ему хочется пройтись и подумать. Ягун кивнул и умчался на ревущем пылесосе.

Ванька шел по парку, всматривался в знакомые места и заново узнавал их. Вот древние статуи между дубовой и оливковой рощицами. Здесь раз в год встречаются и танцуют дриады. А сюда, к этой мраморной чаше, один раз в четыре года выходит единорог и в полночь долго пьет здесь воду. Единорог удаляется, а вода в чаше, которой касалась его морда, на час становится волшебной. Если выпить три раза по три глотка, делая минутный перерыв, она дарит просветление. Очищает помыслы от всего незначительного: от пустяковых обид, мелочных страстей, ерундовой гонки за сиюминутным, неуверенности, робости, гадких липких страхов, похожих на перхоть шуршащих опасений и всей той второстепенной шелухи, которая так мешает жить. И другое свойство есть у воды из мраморной чаши: она навеки избавляет от прыщей и угрей, делая кожу чистой и нежной. «Как у поросенка после эпиляции», по выражению Г. Склеповой."

"И – вот загадка. Вторым свойством воды спешат воспользоваться многие, а о первом и главном как-то забывают. Лишь Генка Бульонов, кажется, приходил сюда избавляться от робости, да и тот отказался пить, обнаружив, сколько вулканических прыщей смыли в чашу шустрые четверокурсники.

Задержавшись на минуту у чаши, Ванька улыбнулся и продолжил свой путь.

А здесь он проходил когда-то, спеша на дуэль с Пуппером. Стоило Ваньке подумать об этом, как его захлестнула волна душных и неприятных воспоминаний. Однако сейчас Ванька больше не испытывал к Пупперу ненависти. Ощущал, что Гурик для Тани – навеки отыгранная карта. Она же для него – сладкая и болезненная страница памяти. Не секрет, что некоторые люди по-настоящему любят лишь тех, кто когда-то отвернулся от них, не заметив, и законсервировал чувство на первой, самой волнительной стадии.

Ванька так глубоко погрузился в свои мысли, что перестал замечать, где он идет и что происходит вокруг. Поэтому когда кто-то плеснул на него гниловатой водой, он в первую секунду подумал, что начинается дождь. Однако это был не дождь, а всего лишь Милюля.

Русалка сидела на краю неработающего фонтана и раздраженно болтала хвостом в воде.

– Слышь, малый! Иди сюда! Наконец-то хоть одна живая рожа! – крикнула она Ваньке.

Ванька подошел, решив на обижаться на «живую рожу». На дураков обижается лишь тот, кто соответствует им разумом. Русалка с плеском спрыгнула в фонтан, проплыла немного и повернулась к Ваньке капризным лицом.

– Ты кто, парень? Мы с тобой раньше виделись?

– Виделись, – ответил Ванька.

– Давно, нет?

– Где-то год назад.

– Не удивляйся, что я спрашиваю! Я больше трех месяцев никого не помню.

– Бывает, – кивнул Ванька.

Русалка ударила по воде ладонью.

– Какая есть – такая есть.