Таня Гроттер и молот Перуна

Как поняла и то, что они немедленно должны сообщить обо всем Сарданапалу.

Академик появился в магпункте спустя две минуты после того, как Ягге, которой тоже пришлось все рассказать, вызвала его особым заклинанием, звучавшим как ныльдвойус. Судя по таинственности звучания, слово было древнескандинавское. Ягге сказала, что это экстренное заклинание, принятое между преподавателями в их кругу, и ученикам его лучше не произносить.

Ванька сообщил Сарданапалу все то же, что и Тане. Академик долго и придирчиво проверял расположение точек на листе. Некоторые точки он слегка поправил, переместив их на несколько клеток вправо или влево. Но в целом это ничего не изменило. Надпись «PERUNUS DE…» стала от этого только отчетливее.

Академик помрачнел. Он так ушел в свои мысли, что даже не поблагодарил Ваньку. Кажется, он вообще забыл, что в магпункте присутствует кто-то еще. Таня слышала, как Сарданапал пробормотал:

– Неужели это Перун?.. Мы с Поклепом проглядели, лишь мальчишка догадался. Правда, у меня мелькала мысль, что только его молот может… Но он всегда жил с нами в мире… Похоже, мне все же придется… Но нет, нет!

Очнувшись, глава Тибидохса быстро повернулся и вышел, унося с собой Ванькин лист.

– О чем это он? – спросила Таня у Ягге.

Старушка зябко закуталась в шаль.

– Существует заклинание уничтожения. Старое запрещенное заклинание хаоса, на которое Древнир наложил запрет. Им не пользовались уже много столетий. Его побочные действия ужасны. Оно несет в мир много зла и горя. Но оно единственное способно уничтожить древнего бога… Но не думаю, что Сарданапал решится его применить… – Ягге посмотрела на них и рассерженно крикнула: – Чего вы на меня уставились, сами не знали? Танька, разве тебе не пора на занятия? Ишь моду взяла по магпунктам шастать! А ты, Валялкин, марш под одеяло! Я тебе покажу, как ночью не спать!

* * *А вечером Таню поджидал сюрприз. Кто-то бесцеремонно забарабанил в дверь. Таня открыла. На пороге, неопределенно улыбаясь, стояла Пипа. За ее спиной на полу громоздился целый бастион из чемоданов.

– Привет, Гроттерша! Как в старые-добрые времена! Надеюсь, ты еще не завалила Гробынин шкафчик своим барахлом? Если завалила – вытряхивай его немедленно! Теперь тут буду я! – сообщила она, поочередно затаскивая в комнату свои чемоданы.

Таня молча смотрела на нее.

– И даже не поможешь? – удивилась Пипа. – Вот он, эгоизм, так и прет, так и прет! Нет чтобы броситься мне на шею. Все-таки родная кровь!

– Что ты тут делаешь? – хмуро спросила Таня.

– Как что? Собираюсь тут жить! Ты глупеешь прямо день ото дня, Гроттерша! Поверь, если бы я просто пришла к тебе в гости, то сделала бы это с пулеметом, но никак не с чемоданами! – заявила Пенелопа.

– А как же Шито-Крыто? Указала тебе на дверь? – поинтересовалась Таня.