Так убивать нечестно! Рождественский кинжал

 – У нас же не приют для жуликов и воров. Мы все обычные люди.

– Даже если один из нас убийца, – усмехнулся Стивен.

– Да, хотя лично я не знакома ни с одним убийцей.

– Ну, с одним-то ты знакома. – Он заметил, как ее взгляд испуганно метнулся в его сторону, и добавил: – Поскольку это наверняка один из нас.

– Разумеется. Хотя трудно привыкнуть к этой мысли. Впрочем, я всегда считала, что убийца выглядит как самый обычный человек. Я хочу сказать – не как явный жулик. Кто из нас, например, знает, как открывать запертую дверь? Конечно, среди прислуги мог затесаться какой-нибудь воришка, но я не понимаю, зачем ему убивать Натаниэля. Никто из слуг от этого ничего не выиграл.

– Пожалуй, – равнодушно буркнул Стивен.

– А может, Валери права? В доме есть скользящие панели или что-либо подобное?

– Никогда не слышал.

Она вздохнула.

– Но ведь как-то он попал в комнату! Если не через дверь или окно, то как?

– Расскажи инспектору про версию Валери. Вот он обрадуется.

В голосе Стивена звучал сарказм, но инспектор, давно заметивший дубовые панели в доме, действительно обдумал этот вариант и в данный момент проверял стены в спальне Натаниэля. Поскольку две стены выходили наружу, а третья отделяла комнату от ванной, он сосредоточил свои усилия на четвертой, граничившей с коридором. Но ни тщательный осмотр, ни простукивание полостей ничего не дали. Не нашел он и потайной пружины, которая могла сдвигать панели в сторону. В конце концов инспектор бросил свое занятие и переключился на окна.

Это были широкие створчатые витражи. Они крепко сидели в свинцовых рамах, и стекла так глубоко уходили в переплет, что не было никакой возможности выдавить их снаружи. До земли было не так уж далеко, и инспектор предположил, что садовой лестницы вполне могло хватить. Окна находились в глубоком проеме, где размещался широкий диван; вся эта ниша на ночь задергивалась шторами. Инспектор с задумчивым видом спустился вниз и отправился искать Джозефа.

Один из лакеев вызвался найти его и отвел Хемингуэя в малую столовую. Вскоре появился Джозеф с выражением тревоги на румяном лице.

– Простите, что снова вас тревожу, сэр, но я хотел бы с вами поговорить, если вы не возражаете, – произнес Хемингуэй.

– Разумеется! Есть новости, инспектор? Эта неизвестность невыносима! Вы, наверное, привыкли к подобному, но меня бросает в дрожь от одной мысли, что в доме может находиться убийца моего брата! Вы что-нибудь нашли?

– Да, – подтвердил Хемингуэй. – Оружие, которым убили вашего брата.

Тот схватился за стул.

– Где?

– Над камином в бильярдной.

Джозеф заморгал.

– Над камином?

– Я имею в виду один из двух кинжалов, обрамлявших голову оленя.

– А! Значит, вы нашли его не у преступника?

– К сожалению, нет, – покачал головой Хемингуэй.