Тайный оракул

Она читала лекции в Оберлине. Даже я вынес кое-что новенькое с уроков музыки Латриши Лейк, хотя ее красота и мешала сосредоточиться."

"– Во время войны с Геей лабиринт открыли заново. С тех пор мы пытаемся составить его карту.

– Это невозможно. Это безумие. Лабиринт – разумное зловредное творение! Его нельзя нанести на карту и ему нельзя доверять.

Как обычно, в моем распоряжении были только разрозненные осколки воспоминаний, но я не сомневался, что говорю правду. Я помнил Дедала. В давние времена царь Крита приказал ему построить лабиринт для чудовищного быка Минотавра. Но такой блестящий изобретатель, как Дедал, не удовлетворился простыми подземными ходами, а создал структуру, наделенную самосознанием и способностью само-расширяться. В течение столетий детище ученого разрослось под поверхностью планеты наподобие инвазивной корневой системы.

Блестящие изобретатели всегда глупцы.

– Теперь он другой, – сказал Остин. – После смерти Дедала… Не знаю. Это трудно описать. В нем уже нет ощущения прежнего зла. Не чувствуется прежней смертельной опасности.

– Неужели? Ну, просто гора с плеч. И вы, конечно, решили устроить состязание в Лабиринте.

Уилл откашлялся.

– Тут другое, отец. Никто не хочет расстраивать Харли.

Я посмотрел в сторону главного стола. Хирон все еще разглагольствовал о пользе и достоинствах тимбилдинга, а рядом пританцовывал Харли. Другие обитатели лагеря вполне могли принимать мальчишку за своего рода неофициальный талисман, и я понимал их. Симпатичный, забавный пискля, пусть даже и жутковато фанатичный для восьмилетнего пацана. Заразительная улыбка. Неподдельный энтузиазм, уже поднявший настроение всей группе. И все же я не мог оставить без внимания безумный блеск в его глазах. Точно так же вспыхивал и взгляд его отца, Гефеста, когда он изобретал какой-нибудь автоматон, который потом срывался, впадал в ярость и начинал крушить города.

– Не забывайте также, – продолжал Хирон, – что ни одно из этих прискорбных исчезновений никоим образом не связано с Лабиринтом. Держитесь вместе, не бросайте своего напарника, и с вами ничего плохого не случится. Я хочу сказать, ничего, кроме того, что может случиться с каждым участником смертельной гонки трехногих.

– Да! – добавил Харли. – Пока никто еще даже не умер! – Последнее он произнес с обидой и огорчением, словно призывая нас стараться получше.

– Перед лицом кризиса, – говорил Хирон, – важно не отступать от заведенного распорядка, сохранять бдительность и поддерживать физическую форму. Это меньшее, чего ждут от нас пропавшие товарищи. Теперь что касается формирования команд для участия.