Семеро Тайных

Но если кочевники оставались на захваченных землях, то превращались в господ и настолько быстро жирели и забывали, с какого конца браться за оружие, что уже внуки становились жертвой новой волны свирепых кочевников, что появлялись внезапно, жгли, разрушали, убивали, оставляя после себя безжизненную пустыню.

И снова. И снова. И снова.

Как положить этому конец? Это для Мрака разве интересно, да и то вряд ли, еще Таргитаю для песен: скачки на диких конях через ночь, схватки, вопли раненых, тайные подземелья, прыжки с высоких башен, спальни принцесс, победа в схватке, могучий удар топора, звон мечей, ликующие крики, пир победы... и так всю жизнь, из поколения в поколение, из века в век? И несть тому числа?

Боровик когда-то был самым удачливым охотником. Он забирался в лесные дебри дальше всех, приносил богатую добычу, добывал меха и шкуры, и, если бы не огромная родня, которую надо кормить, жил бы безбедно.

Однажды по первому снегу он собрался на охоту и подошел к столбу Велеса с просьбой, чтобы тот сумел сохранить его сапоги до весны, когда переобуется во что-нибудь полегче. Едва вошел с мужиками в лес, как одно подгнившее дерево внезапно обрушилось, задело суком, едва не сломав спину. Его увезли на розвальнях, думали, помрет. Нет, выжил, но не вставал с ложа всю зиму. Лишь в конце кое-как оправился, стал выходить на улицу, как раз наступила весна.

Подошел к столбу Велеса, сказал с упреком:

— Какой ты скотий бог? Ты сам скотина!

Волхв, который следил за неугасающим огнем, сказал сурово:

— Не гневи бога. Он выполнил твою просьбу. Что ты хочешь, косноязычный, не умеющий излагать свои желания?

Спина болела, работать в полную силу так и не смог, но лес знал как никто, начал приносить волхву редкие лечебные травы, нашел однажды перо жар-птицы, яйца редкой птахи Сирин, отыскал полянку с разрыв-травой, и волхв постепенно взял его в помощники, хотя по возрасту Боровик был едва ли моложе самого волхва. В деревне посмеивались, но однажды, когда в морозную зиму откуда-то пришла стая невиданных белых волков, огромных и страшных, он сумел одним заклятием отогнать их прочь, после чего волхв торжественно посвятил его в колдуны.

Боровик взялся за новое дело с утроенной силой. Его природная мощь требовала выхода, он вскоре обогнал по умению своего наставника, а затем колдуны соседних и дальних деревень признали его сильнейшим.

Сейчас перед Олегом стоял располневший седой старик с розовым лицом, в котором уже нельзя было увидеть охотника с его цепким взглядом, а широкие плечи, на которых перенес не один десяток убитых оленей, стали не так заметны, ибо брюхо свисало через узкий пояс, на боках наросли толстые колоды дурного мяса, а широкой заднице позавидовала бы купчиха.

— Кто ты? — спросил Боровик приятным мягким голосом.