Тайная любовь моего мужа

Ее пальцы, отбросив в сторону ручку, задумчиво стали перебирать листы бумаги, лежавшие на столе…

Чуть приглядевшись, я догадалась, что перед ней лежит мое распечатанное резюме.

– Еще один вопрос, если позволите, Кира, – проговорила она после паузы. – Сколько вашим детям лет?

– Четырнадцать, десять и шесть.

– Не слишком-то взрослые. Так что же изменилось, что вы решили вдруг перестать быть просто матерью и теперь ищете работу?

Этот вопрос заставил меня стиснуть челюсти – но лишь на миг. Вскинув подбородок, я посмотрела на нее прямо и открыто, и ответила так же честно, как и на все остальные ее вопросы…

– Я разошлась с мужем.

– Хм…

Вот и все, что она произнесла в ответ. Постучав ногтями по столу, Карина, не став долго меня мучить, наконец вынесла свой вердикт:

– Знаете, я искала помощницу для себя, а теперь думаю, что, быть может, вы будете полезнее в чем-то ином… Впрочем, давайте просто начнем, а там будет видно, куда нас это в итоге приведет. Вы мне подходите, Кира. А я вам?"

"Она снова протягивала мне руку. Смело и открыто – в ситуации, когда любой другой работодатель отделался бы в лучшем случае вежливым и стандартным «мы вам перезвоним»…

Ее вера в меня подкупала. Не задумываясь, я крепко сжала ее ладонь в ответ…

– Вы мне – тоже.

Мы синхронно рассмеялись и, договорившись о деталях и времени выхода на работу, распрощались, абсолютно довольные друг другом.

Выйдя на улицу, где в свои права уже робко вступал март, я сделала глубокий вдох и ощутила, как за спиной словно бы крылья прорезались…

Неужели меня ждет новая жизнь?..

К сожалению, в тот момент я и не подозревала, что в этом выражении притаился двойной смысл…

Глава 34

Несколько дней спустя

Это было так сложно: наступить на горло собственным желаниям и потребностям, отойти в сторону в тот момент, когда больше всего на свете хотел быть рядом…

Но постепенно он даже стал находить в этом какое-то душевно-мазохистское удовольствие. Он повторял себе, что заслужил все, что с ним произошло. Заслужил этот бесконечный непокой, эти бессонные ночи и муки, муки, муки от того, каким бессильным он был в этой ситуации – впервые в жизни…

Потому что невозможно заставить другого человека тебя простить. Потому что невозможно вырвать из жизни собственные ошибки, как страницы – из календаря…

Вынужденное бездействие сводил его с ума. Все мысли, как намагниченные, устремлялись постоянно в одном направлении – к жене, детям, к прежней жизни, которую не ценил и за которую теперь отдал бы все на свете…

И, конечно, все происходящее с ним не могло не отражаться на работе.