Тайна затонувшего конвоя

 — Олег Кириллович Делягин, временно исполняющий обязанности директора щебеночного карьера. Вы сами мне про него рассказывали.

— А он тут при чем? — опешил майор.

— Не рассказал я вам, — поморщился Андрей и парой лаконичных фраз описал начальную стадию своих ночных похождений.

— Мама дорогая, снова этот Делягин! — Чеплыга не сдержался и схватился за голову. — Товарищ капитан, не верьте этому пустозвону, я же вас просил! Нормальный ведь был человек, а потом с головой что-то стряслось, так теперь в каждой дырке ведьму выискивает. Его послушать — так у нас сплошные шпионы, диверсанты, предатели, а нормальных людей и вовсе не осталось, кроме него! Да кому он нужен! Опасность над ним, видите ли, веет. Впрочем, дело ваше. — Чеплыга досадливо махнул рукой. — Хотите с ним общаться — флаг вам в руки. Только не говорите потом, что я не предупреждал.

— Где живет-то он?

— Да откуда я знаю! — Чеплыга окончательно разозлился. — На Коминтерна где-то, там старые частные дома, их еще до революции строили. Эй, Куренной, где Делягин живет? — крикнул он.

— Не могу знать, товарищ майор! — отозвался с огорода Куренной, — Вернее, могу, но не знаю. На Коминтерна где-то.

— Да это я и без тебя… Воропаев, ты знаешь?

— Знаю, — проворчал старший сержант.

— Неужели! — Майор всплеснул руками. — Так поведай нам, Глебушка!

— Сто восемнадцатый дом по Коминтерна.

— Ты к нему на доверительную беседу ходил? — поинтересовался Хахалев."

"— Ага, ходил, — проворчал Воропаев, возникая на дорожке, ведущей к крыльцу. — Только не к Делягину, а к вдове Антиповой — после того, как у нее хату обнесли. В сто шестнадцатом она живет. Протокол заполнял, а она мне жаловалась, плакала, душу открывала…

— Лучше бы она тебе тело открыла! — заявил Хахалев. — Там вроде все в порядке, не старая, физиономию не топором делали.

— Да ну тебя с твоими пошлостями, — проворчал Воропаев, — На службе я был, понятно? Курил у нее в форточку, видел, как Делягин с работы возвращается. Он в соседний дом вошел, сапоги на пороге бросил. Как пить дать, сто восемнадцатый.

— Молодец, Воропаев! — ехидно проговорил Чеплыга. — Наблюдательный ты парень. Не зря в милиции работаешь.

Поспать этой ночью Андрею больше не удалось. Милиционерам надоело рыскать по участку, и к пяти часам утра они убрались. Ему пришлось подметать после них и даже мыть пол. В комнатах еще ощущался запах пота. Неверов ходил по помещениям и кривил нос. Бродяга какой-то пожаловал в гости.

Повторной попытки нарушить его уединение никто не предпринимал. Андрею пришлось проветривать помещения, а потом заново топить печку, вспоминая, что лето в Заполярье — явление специфическое. Одежда подсохла, он драил ее щеткой, чтобы привести в относительно приличный вид.