Близнецы от врага. Чужая тайна.

– Потому что опера – это «долго и нудно», - закатываю глаза, цитируя его слова.

- Что ж, сейчас опера очень кстати. Тебе нужно отвлечься, - раскрывает меню. – А мне выспаться, - добавляет нарочито серьезным тоном.

Пару секунд изучаю его невозмутимое лицо, а потом тихо хихикаю. Алекс неисправим. Такой же, как пять лет назад.

«И предаст, скорее всего, так же», - злобно цедит внутренний голос.

Встречаемся с Алексом взглядами. Не выдерживаю первой, опускаю глаза.

- Спасибо, конечно, но… - кладу билеты на стол.

- «Но» не принимаются, - качает головой. – Мне пришлось отца подключить, чтобы достать билеты на вечер. А я терпеть не могу обращаться к нему за помощью, - бубнит себе под нос.

От упоминания семьи Врагова мне становится не по себе. Но я отгоняю свои страхи. Пять лет прошло. Они давно забыли о моем существовании.

Однако я все помню.

Напряженно смотрю на Алекса. Собираюсь возразить, а он, кажется, хочет спросить что-то, но к нам подбегают Саша и Илья. Довольно усаживаются за столик и принимаются уплетать свои пирожные.

Мы с Алексом замираем.

Очередная молчаливая перестрелка взглядами – и временное перемирие. Мы не будем выяснять отношения при детях. Пусть близнецы чувствуют себя свободными и по-настоящему счастливыми.

Тайна третья. Глава 22Богдана

Пытаюсь вспомнить, когда в последний раз выходила в свет. Для души, а не для статуса. Когда делала что-то для себя. И не могу. Пять лет я выдавала себя за ту, кем не являюсь. Жила чужой жизнью. Исполняла указы человека, который ни во что меня не ставил. Убеждала себя, что все ради детей. Но, кажется, слишком вжилась в роль жертвы. Привыкла.

С Алексом я опять почувствовала себя настоящей. И это пугает. Боюсь опять обжечься…

Но тем не менее, нервно поправляю длинное шелковое платье, которое и без того сидит на мне идеально. Насыщенный синий цвет освежает, V-образный вырез подчеркивает грудь, но не опошляет образ, рукава три четверти с вырезанным плечом обрамлены камнями, легкая юбка в пол придает загадочности.

Не помню, зачем я купила это платье и куда надевала. Возможно, оно так и провисело в шкафу. В ожидании особого случая. Который, наконец, наступил.

Мысленно одергиваю себя: размечталась! Зря вообще согласилась на приглашение Алекса.

Зачем я позволяю околдовывать себя? Почему опять тянусь к нему, как мотылек на огонь? Знаю, что пожалею, но совершаю ту же ошибку.

- Ты очаровательна, птичка, - бархатный голос окутывает нежностью.

Алекс подходит ко мне со спины, укладывает ладони на талию. Пользуясь моим замешательством, легко целует в шею. Ведет носом вверх, вдыхает аромат моих духов, перемешанный с запахом лака, которым взбрызнута высокая прическа.

- Моя Дана, - шепчет Алекс мне на ухо, а потом целует в висок.

Действует аккуратно, пристойно, отнюдь не развратно.