Тайны ночи

Леди Аррадейл и леди Овертон! Вдовий дом! Они были там несколько недель назад, когда в здешние края приезжал Джордж Коттер! Отличный конный завод! Бренду теперь не сиделось на месте. Ему хотелось немедленно броситься наверх и найти комнату, где пряталась Рози Овертон.

Он глубоко вздохнул и постарался успокоиться:

— Как я понял, ваша жена молода, сэр Дигби?

Услышав этот вопрос, Дигби слегка смутился:

— Да, она намного моложе меня.

— Еще в детородном возрасте?

— Конечно. Моей Рози нет двадцати пяти.

— Тогда, возможно, Господь смилостивится и пошлет вам другого наследника.

В уголках покрасневших глаз пьяного сэра Дигби блеснули слезы.

— На это и надеемся, лорд Бренд, — прошептал он, забыв, что уже признался в своей импотенции. — Пока рано что-либо говорить, но мы надеемся.

Так он и думал! Тайный сговор между мужем и женой, в который, несомненно, посвящен весь Аррадейл. Бренд встал.

— Прошу прощения, сэр.

Сэр Дигби кивнул, решив, что гость отправился по нужде. Ничего не объясняя, Бренд поднялся по лестнице и нашел наиболее подходящую с виду дверь. Шагнув за порог, он тотчас осторожно затворил дверь. Женщина, сидевшая в спальне, читала очень знакомую книгу. Подкравшись к даме, он обнял ее за плечи и привалил к стене.

— Изучаете животноводческие программы, леди Овертон?

Женщина побелела как полотно, покрылась розовыми пятнами…

— О Господи! — Бренд подхватил ее на руки и уложил на большую старую кровать. Сердце его учащенно забилось от страха и вины.

Похлопав девушку по щеке, он тихонько позвал:

Ее имя казалось непривычным, но перед ним была она, его таинственная дама! Такое знакомое тело! И лицо… именно оно угадывалось под маской.

Его Далила! Женщина, которая обманула его, отравила и использовала. Однако горечь и гнев постепенно сменялись радостью.

Внезапно Бренд ощутил у себя на пальцах какой-то жир, а спустя мгновение заметил, что правая половина ее лица загримирована. Присмотревшись, он разглядел какие-то неровности на коже.

Подойдя к умывальнику, Бренд смочил полотенце и, вернувшись к кровати, стал стирать грим. Веки девушки затрепетали, она слабо отмахнулась:

Не слушая ее, он стер густой слой краски и увидел шрамы. Сеть красных неровных рубцов пролегла возле глаза, а один, самый длинный, спускался вниз по щеке. Бренд дотронулся до этого шрама. Как же это, наверное, было больно и страшно!

Открыв глаза, она увидела Бренда и тут же зажмурилась, как будто могла тем самым его отогнать.

— Очнитесь, леди Овертон. Нам надо поговорить. — Он отчаянно хотел сыграть роль разгневанного потерпевшего, но в глубине души у него уже шевелились другие чувства. Он вспомнил, как хорошо им было вдвоем: как они смеялись, как любили друг друга, как делились своими мыслями.