Тайны ночи

Бей тоже старательно исполнял свой долг, уделяя внимание всем женщинам согласно титулам и очаровывая их в своей обычной, немного опасной манере. Сколько йоркширок будут с трепетным волнением вспоминать, как он целовал им ручки, распаляя в сердцах добропорядочных жен грешный огонь желания!

Бренд сдержал усмешку. Это был всего лишь спектакль, но Бей так часто исполнял его на протяжении многих лет, что вжился в образ, отработал свою роль до мелочей. Брат наверняка знал, какое впечатление он производит на публику, но избегал крайностей. Он был, безусловно, опасен, но не желал людям зла.

Видимо, то же чувство долга не позволяло ему применить свои чары против графини, которая и сама игриво прохаживалась меж гостей. Случившееся во вдовьем доме Аррадейл ушло в прошлое, и больше никто не должен страдать из-за этого.

Бренд вновь взглянул на улыбающуюся графиню. Она все знает! Его так и подмывало силой выпытать у нее признание. Уже одно то, что она молчала по поводу его визита во вдовий дом, было уликой.

Вопреки голосу разума Бренд жаждал узнать правду. Сегодня вечером, выполняя свой долг на балу, он искал в толпе свою таинственную незнакомку, но так и не нашел. Значит, эта женщина не принадлежала к местной знати. Кто же она такая?

— Что хмуришься? — мимоходом спросил Бей.

— Ты, кажется, не хотел продолжать поиски?

— Эта тайна раздражает, как блошиный укус, и мне хотелось бы выяснить истину, просто чтобы снять зуд, — отозвался брат, поскольку бессмысленно отрицать очевидное.

— Ты уверен, что это не леди Аррадейл?

— Ты узнал бы свою даму даже с закрытыми глазами, не так ли?

Бренд недоуменно уставился на брата:

— Что ты хочешь этим сказать?

Но тут он вспомнил, как говорил своей незнакомке, что узнает ее в темноте — по поцелую…

— Самсон, ослепленный любовью, — отозвался Бей, — и не замечающий явного коварства своей возлюбленной. Советую тебе перечитать Библию.

— Чтобы избежать бритвы?

— И сонного порошка, — многозначительно хмыкнул тот и отошел поговорить с вдовой-графиней, которая с теплой улыбкой ждала лорда поодаль.

Озадаченный словами брата, Бренд отправился в библиотеку Аррадейла, чтобы найти ответ в Библии. «Душе его тяжело стало до смерти» — эти слова очень верно описывали его состояние. Однако, как оказалось, Самсона ослепили филистимляне, а вовсе не любовь к Далиле.

Закрыв книгу, он понял, что имел в виду Бей. Коварство Далилы было шито белыми нитками, и не распознать его мог только слепец. Значит, это любовь отняла у Самсона зрение — задолго до того, как ему выкололи глаза.

В Библии не говорилось, что Далилу нашли среди убитых филистимлян, когда Самсон обрушил столбы в Газе. Любовь! Бренд подозревал, что Самсон никогда не сделал бы этого, если б знал, что она там.