Тайна моего положения

— Добро пожаловать в Эрдин, — торжественно проговорил портье, его улыбка стала чуть шире и гораздо приветливей, — Том! Проводи мадемуазель в седьмой номер!

— Госпожа… — тут же выпалил парнишка, выскочив из неприметной двери, скрытой за тяжёлой портьерой, и, подхватив мой скромный багаж, первым устремился к лестнице. Я поспешила за ним, не забывая при этом осматриваться.

Коридор гостиницы был длинным, узким и тёмным. Нижняя часть стен была обшита деревянными панелями, а верхнюю украшали выцветшие обои. Поблекшие от времени ковры слегка приглушали наши шаги, а газовые светильники на стенах отбрасывали тёплый, тусклый свет, создавая длинные тени. Мой взгляд время от времени скользил по дверям, все они были одинаковыми: немного потрёпанными, местами виднелись следы ударов и сколов. На каждой двери был свой номер, выгравированный золотыми цифрами. Мой оказался последним…

— Вы это… госпожа, на себя потяните, — посоветовал носильщик, когда мне с первого раза не удалось повернуть ключ в замке, но вот дверь с тихим щелчком поддалась, и я, наконец, вошла внутрь.

Комната была простой, чистой и уютной, с высоким потолком и большими окнами, занавешенными тяжёлыми шторами. В углу стояла массивная кровать с резными столбиками и бежевым покрывалом. Шкаф с темными деревянными дверцами и маленький туалетный столик с зеркалом дополняли убранство…

— Госпожа, я могу вам еще чем-то помочь? — промолвил Том, привлекая к себе мое внимание, аккуратно положив мою дорожную сумку на кресло.

— Да, подскажи, пожалуйста, где находится ближайший магистрат или может ты знаешь хорошего и недорого берущего за свои услуги барристера?

— Магистрат у здания суда находится, госпожа. А кто недорого берет не знаю, все они дерут столько, что честный народ и не потянет.

— Понятно, спасибо, — поблагодарила я парнишку и, закрыв за ним дверь, медленно прошлась по комнате, ещё раз её осмотрев. И с сожалением покосившись на кровать, я отправилась вслед за носильщиком. Как бы мне ни хотелось смыть с себя дорожную пыль и наконец как следует выспаться, увы, время играло против меня…

Улицы Элшимора были шумными и оживлёнными. Прохожие торопливо шли по своим делам, не замечая друг друга. Извозчики громко выкрикивали свои услуги, а лошади стучали копытами по каменной мостовой, везя за собой экипажи и кареты. Повсюду слышался гул голосов: кто-то обсуждал новости дня, кто-то торговался с уличными продавцами. Крики лавочников смешивались с грохотом проезжающих мимо телег, и всё это сливалось в непрерывную какофонию.

Фасады домов здесь, в отличие от зданий провинциального городка Марвич, были выкрашены в разные оттенки коричневого, серого и зелёного цветов.