Тайна леди

Разве мы не здесь? Разве мы не убежали?

– Хотелось бы в это верить.

На благословенное мгновение она прижалась щекой к его руке, но потом отстранилась.

– Если он спросит о других портах, разве кто-нибудь не расскажет ему о Фолкстоуне?

– Но есть еще другие гавани. Хайд, Дил, Рамсгейт и Гастингс. Ему придется следить за моими людьми, а мы будем в безопасности, хотя… – Ему не хотелось признаваться в еще одной ошибке. – Не думаю, что у вас есть деньги, не так ли?

– А у вас нет? – спросила она, округлив глаза.

– Небольшое упущение в плане, признаюсь. Во время путешествия я делю наличные между нами тремя. Остальные спрятаны в различных местах, но весь багаж на пакетботе. У вас в одежде не зашито сколько-нибудь дукатов, моя милая?

– Вся одежда на мне новая…

– Это верно. Ну что ж, у меня достаточно денег, чтобы заплатить капитану Мерьену и контрабандистам…

Он объяснил необходимость высадки в Фолкстоуне.

– Когда обыкновенные крестьянки оказываются убийцами, а злодеи преследуют нас, вы хотите довериться известным преступникам?

Робин взял ее руку и, обнаружив, что она холодная, стал греть ее.

– Большинство контрабандистов обычные рыбаки и фермеры, подрабатывающие по ночам. До недавнего времени вы, вероятно, вели добродетельную жизнь.

– Напротив, я была сумасбродной и своевольной девицей.

– Ах да, со вшивым Лудовико.

Она повернула голову и, хмурясь, посмотрела на него:

– У него не было вшей.

– «Вшивый» также означает «отвратительный».

– Таким он тоже не был. Не забудьте, я собиралась выйти за него замуж.

Копье, пронзившее Робина, несомненно, было ревностью, самым запретным из запретных чувств. Он встал:

– Пойду опять на палубу.

– Не надо, – прошептала Петра. Робин остановился как вкопанный.

– У вас это вызывает отвращение? – спросила она, глядя в потолок. – Я просто пытаюсь быть правдивой. Неужели вы думаете, что я могла выйти замуж за подонка? Пожалуйста. Я так боюсь…

На ее темных ресницах блестели слезы, губы дрожали. Поколебавшись, Робин лег рядом с ней и обнял ее.

– Просто лекарство от страха. Разве в темноте нам всем не нужно утешение?

– Еще не совсем темно, – возразила она.

Робин молчал. Ему не хотелось рассказывать ей о себе, поэтому казалось несправедливым пытаться выудить у нее ее секреты. Пока они качались на морских волнах, наступила ночь и взошла луна. Робин тоже расслабился, уверенный в своей цели и способности достичь ее.

Он обеспечит безопасность Петры.

Петра впитывала его тепло и вдыхала его запах, к которому теперь примешивался запах моря и дегтя. Она знала, что не может позволить себе эту близость, но было так трудно отказаться от нее. Его рубашка была расстегнута, а закатанные рукава открывали мускулистые руки.