Тагир. Ребенок от второй жены

Я молчу, и только после он, наконец, обращает на меня внимание.

— Что за черт! — цедит и привстает со своего места.

Опирается кулаками о стол, впиваясь в меня злым взглядом. Даже верхняя губа дергается. Глаза наливаются кровью. От него ощутимо веет угрозой.

Шагаю вперед, подгоняемая гневом. Сегодня тебе придется ответить на мои вопросы, Юсупов, хочешь ты того или нет. Даже такие демоны, как ты, меня уже не страшат. Ведь ад для меня уже пройден.

— Надеюсь, что ты вломилась ко мне с хорошими новостями, — приходит в себя и холодно произносит, выходя из-за стола.

Скрещивает руки на груди, сверлит меня пытливым взглядом.

— Что за деньги ты присылал моему отцу? — перехожу к главному.

Тагир наклоняет голову набок, казалось, с интересом изучая мое пылающее негодованием лицо.

— За аренду земли, — пожимает плечами.

Его слова вводят меня в ступор, ведь это невозможно. Отец и продавать землю предков категорически не согласен, а уж сдавать ее в аренду убийце собственного сына… Нет.

— Ты врешь, папа не мог ничего подписать, — качаю головой, чувствуя, как волосы бьют по щекам. — Он ненавидит всю вашу гнилую семью! Что, хорошо живется за наш счет?! Как таких только земля носит…

Сказала… То, что сидело во мне, требовало выхода. Гнев, агрессия, злость и ненависть… Вот только легче не стало.

— Придержи свой острый язычок, Ясмина, — цедит сквозь зубы Юсупов, делает несколько размашистых шагов в мою сторону, нависает надо мной, подавляя своей мощной энергетикой.

— А то что? Тоже убьешь? — мои глаза горят гневом, губы дрожат, а сама я еле держу себя в руках.

Всё равно стараюсь поднять подбородок как можно выше. И пусть он смотрит на меня с высоты своего роста, но свысока глядеть на себя не позволю. Никто не имеет права так смотреть на нашу семью. Мы ни в чем не виноваты. Это мы — жертвы чужого произвола.

— Не неси чушь, Булатова, — трет переносицу, словно дико устал. — Вся твоя семья дико упряма. Не переживай, аренда оформлена почти законно. Никто не станет разбираться, да и кто будет этим заниматься, Ясмина? Твой умирающий отец? Агонизирующая мать? Или ты? М? Да и ни один следователь за дело не примется, карточка и счет оформлены на твоего отца. Деньги за аренду поступают ежемесячно, как и прописано в договоре, так что…"

"Поджимаю губы, ведь он прав. И только сейчас замечаю темные залегающие тени под его глазами, вот только вместо жалости, которую я испытывала к нему во времена своей молодости, сейчас я пылаю лишь огнем злости.

— Если землю не собираетесь продавать, чего пришла? — продолжает он наседать, хватает пальцами мой подбородок. Дергаю головой, но он не отпускает, лишь сильнее нажимает, от чего меня простреливает легкая боль. — Что, деньги нужны?

Фыркает, обводя меня странным взглядом, в котором я замечаю мужской интерес.