Табу на вожделение. Мечта профессора

И, как говорится… скатертью дорога в его крепкие объятия!

На подобное заявление Юля лишь развела руками, закатила глаза и беззлобно буркнула:

— Придурок!

Не желая более продолжать этот разговор, она демонстративно покинула его комнату. Держась за стены и мебель, брат двинулся за ней, перемещаясь осторожными короткими прыжками.

— Систер, ты че, обиделась?

На языке вертелось множество колких фраз, но озвучить их она не успела.

Дверь зала распахнулась, и оттуда с телефоном в руке разъяренной фурией выскочила их мать. Следом на пороге появился невозмутимый Каримов.

Увидев их с Костей, мама обратилась к своему недавнему собеседнику.

— Прошу прощения! Оставлю вас ненадолго. Боюсь… не сдержусь при детях.

Она выскочила на улицу, на ходу набирая чей-то номер. Снедаемая любопытством, Юля ринулась к ближайшему окну и распахнула его настежь. Как выяснилось мгновение спустя, звонила мама… их отцу.

И таких отборных матов в его адрес, обвинений и даже угроз расправы они от нее еще не слышали. Костя восторженно присвистнул:

— Ух ты! А нам есть чему поучиться!

Прекрасно понимая, откуда ноги растут, Юля уставилась на Марата.

— Что ты рассказал ей? — прошелестела еле слышно.

Он прожег ее непреклонным непроницаемым взглядом:

— Все, что знал сам! Все, что ты от нее утаивала!

— Прямо… все? — голос предательски дрогнул.

— За исключением парочки деталей, о которых и тебе-то знать не следовало!

— Боже…

— Не переживай. Твоя мама — на редкость адекватная женщина.

— Ну да! — скептически. — Я слышу!

К слову, в этот момент мама как раз-таки завершила разговор.

А потому Юля поспешила захлопнуть створку и отойти от окна.

Марат выразительно вскинул брови:

— И тем не менее многие вещи она приняла достаточно стойко.

— Какие, например?

Резким движением он притянул Юлю к себе.

— Потом расскажу, — пробубнил, прижимаясь губами к ее виску.

Табун мурашек расползся по коже от столь невинной ласки.

Сражаясь за чертов самоконтроль, Попова тихо обронила:

— Почему… не… сейчас?

— Потому что сейчас, пташечка, мне пора возвращаться в город!

«Ох, черт! — подумала с тоской. — Я и забыла совсем!»

— Может, задержишься на часок-другой? — предложила, буквально замирая от волнения. — Мама свою фирменную утку запекла!

— Не думаю, что это уместно, — ответил Марат после непродолжительной паузы. — Побудь с семьей. Вам есть что обсудить.

Их диалог был прерван возвращением матери.

Громко хлопнув дверью, она воинственно уперла руки в бока и заявила:

— Дети! — судорожный вздох. — Я очень виновата перед вами! Мне стыдно за то, что… я дала себе слабину. За то, что в какой-то момент сломалась под гнетом обстоятельств и увязла в своих собственных переживаниях. Из-за этого вы почувствовали себя уязвимыми. Взрослыми.