Табор смерти

Аглая была женщина дородная и для мужчин с определенными вкусами – наделенная очевидными достоинствами. Личико симпатичное, волосы кудрявые, белокурые. Вот только глаза злые. А откуда доброте взяться, когда в поселковом магазине с утра до вечера толчется народ, в том числе всякая разношерстная пьянь, вымаливающая чекушку в долг, а то и угрожающая? Тут нужно иметь здоровую злость и луженую глотку.

Устроившись на стуле за прилавком, Аглая прихорашивалась, глядя в круглое карманное зеркальце. За ее спиной располагались полки с крупами, консервами и «Московской» водкой – вожделенной добычей местной алкашни.

Лениво потянувшись и задев локтем огромный кассовый аппарат с вращающейся ручкой, Аглая раздраженно выматерилась. Вот на черта это металлическое чудище сюда поставили? Без него куда легче было. Особенно когда надо было запустить руку в кассу. Ну, слегка… Украсть? Да вы что! Позаимствовать и пересчитать должным образом. На то она и торговля.

Середина рабочего дня. Люди на работе или в поле. Можно одной побыть, отдохнуть от столпотворения. Правда, скучновато. Не с кем языками зацепиться или поскандалить, чтобы потом со всей ответственностью и полным правом причитать, как ей надоела вся эта пьяная сволочь.

Послышался скрип деревянных ступеней, в световой прямоугольник дверного проема легла тень. Ну и кого принесло? На языке уже было: «Шатаются здесь в рабочее время, а кто вкалывать будет?»

Но слова сами замерли на губах. Потому что в проеме возникла массивная невысокая фигура старшего лейтенанта Плющенко, местного участкового. Его Аглая побаивалась. Пару раз он ловил ее на обсчете покупателей и составлял протокол. А также регулярно гонял отсюда местных алкашей. Был он мужчина хоть и пожилой, но весьма серьезный. С ним просто так не побалакаешь и нрав свой необузданный не покажешь.

– Аглая, – благожелательно и вместе с тем строго улыбнулся участковый. – Ты здесь.

– А где же мне быть? – изумленно буркнула она.

– Вот и хорошо, – закивал Плющенко. – По поводу тебя из района звонили.

– Из какого такого района? – напряглась Аглая.

– Из райотдела милиции.

У нее внутри будто что-то сжалось. Продавщица обиженно вскрикнула:

– Тебе лучше знать. Ты это, вечерком дома будь. К тебе с обыском следователь придет.

– Что?! Да что это такое делается? Да я копейки чужой в жизни не взяла! Все в кассе всегда сходилось! А тут – с обыском. Ох-х, – Аглая схватилась за сердце.

– Да не бойся ты, – раздраженно отмахнулся участковый. – Не по твою душу приезжают.

– Да полюбовничек твой, тот, татуированный, начудил где-то. Вот решили и тебя проверить.

– А обыск зачем? – Аглая немного успокоилась.

– Ну, а как ты хочешь. Положено. Порядок должен быть… Ладно, некогда мне с тобой языком чесать.