Американский таблоид

Хоффа нагнулся над его столом. Его штанины поползли вверх, явив миру дешевые белые носки.

— Я хочу, чтобы и ты в этом участвовал.

(Лос-Анджелес, 4 февраля 1962 года)

Пит потер шею. Ее жестоко ломало и крутило — он летел в пассажирском кресле, рассчитанном явно на карликов.

— Я всегда прилетаю по твоей команде, Джимми, но перелет с одного побережья на другое ради кофе с пирожными — это уже слишком.

— Полагаю, Эл-Эй — лучшее место для этого.

Хоффа соскреб с галстука эклерный крем:

Пит услышал какой-то шум на кухне.

— Кто это там ошивается?

— Это Уорд Литтел. Сядь, Пит. Ты меня нервируешь.

Пит бросил на пол чемодан с одеждой. В доме воняло сигарным дымом — Хоффа позволял своим ребятам из профсоюза водителей грузовиков, которым случалось бывать в городе, устраивать в нем мальчишники.

— Черт, Литтела мне тут только не хватало.

— Да ладно тебе. Что было, то было.

Вошел Литтел. Хоффа поднял руки вверх: мол, миритесь:

— Ведите себя прилично, парни. Я не оставлю вас в одной комнате до тех пор, пока не удостоверюсь, что все будет нормально.

— Я — человек занятой, и тратить ночь ради дружеского трепа за завтраком — это слишком. Назовите хоть одну стоящую причину, чтобы я остался, или я, мать вашу, разворачиваюсь и еду назад в аэропорт.

Литтел принялся греть руки о чашку кофе:

— Бобби Кеннеди в последнее время слишком докучает Джимми. Вот мы и хотим собрать компромат на Джека — записать что-нибудь этакое на пленку, а потом воздействовать на Бобби с ее помощью. Если бы не твое вмешательство, операция с Шофтел сработала бы. Полагаю, нам следует сделать еще одну попытку и нанять женщину, которая бы заинтересовала Джека настолько, чтобы он завел с ней более-менее продолжительную интрижку.

— Хочешь сказать, что ты намерен шантажировать президента Соединенных Штатов?

— Ты, я, Фред Турентайн и женщина, которую мы наймем.

— И… то есть ты хочешь сказать, что мы можем доверять друг другу?

— Мы оба ненавидим Джека Кеннеди. Полагаю, мы знаем друг о друге слишком много гадостей, чтобы заключить-таки пакт о ненападении.

У Пита поползли по телу мурашки:

— Только не стоит рассказывать об этом Кемперу Бойду. Он нас живо сдаст.

— Согласен. Кемперу об этом знать не стоит.

— Вот смотрю на вас, двух мошенников, как вы пялитесь друг на друга, и думаю, что мол, я не в теме, хотя я и финансирую всю хренову затею.

Хоффа принялся сорить эклерными крошками:

— А Еврейчик-то тут каким боком?

Пит посмотрел на Литтела. Литтел взглянул на Пита. Их мысли скрестились где-то над тарелкой с пирожными.

У Хоффы сделался страшно озадаченный вид. Его взгляд сфоксусировался где-то на уровне планеты Марс. Пит подхватил Литтела под руку, втащил в кухню и запер дверь.

— Ты думаешь о том, что Ленни — свой человек в Голливуде.