Та, что подарила сына

Как бы ни был ребенок похож на предполагаемого отца внешне, без результатов ДНК сомнения всегда будут. Могут быть схожи цвет глаз, нос, подбородок. Ямочки на щеках. Те признаки, которые при желании подгонят под любого мужчину. Демьян уже сталкивался с подобным. Его прежние любовницы преподносили ему сюрпризы не только в качестве двух полосок и радостной, обязательно с придыханием сказанной новости: «Милый, я беременна». Некоторые шли дальше. Сообщали постфактум о его отцовстве. И каждая, черт побери, не сомневалась, что он поведется.

Удивительно.

Повелся он лишь на фотографии из личного архива Балаева-старшего. Тот любил фотографировать внучка, а так как малыши в первые годы жизни любят гонять босиком, то и ножки часто попадали в кадр. Расчет Василия Петровича был прост.

Главное – заинтересовать Тарисова. Посадить семя сомнения.

А вдруг правда…

Копнуть глубже и получить подтверждение не составило большого труда.

У него сын.

Сережа.

И сегодня он назвал его папой.

Юля тоже вышла встречать Демьяна, моргая быстро-быстро, таким образом, пытаясь скрыть навернувшиеся на глаза слезы. И щеки у неё пылали.

Такая теплая… Домашняя. И между тем, настолько красивая, что перехватывало дыхание. Настоящая. Его.

Его и точка.

Забирает он Юлю. Окончательно.

Надо было раньше забрать. Четыре года назад.

Всё-таки стоит сказать спасибо Балаеву-старшему.

Тот повернулся к нему и скрестил руки на груди.

– Можешь не благодарить, Демьян, – интонация у Василия Петровича изменилась. Посерьезнел мужик. – Я переживал в первую очередь за Юлю и правнука. Они мне дороги. И да… Тарисов, обидишь Юлю – приду с двустволкой.

Демьяну потребовалось усилие, чтобы не улыбнуться.

Нет, определенно, этот старик ему нравился.

Порыбачат они ещё вчетвером. Мужской компанией.

– Я тебя услышал.

* * *Всю дорогу до аэропорта и потом в самолете Сережа не отходил от Демьяна. Юля нет-нет да порывалась перетянуть сына на себя, опасаясь, что слишком активное вмешательство Сережи на личную территорию Демьяна в конечном итоге приведет к раздражению последнего.

– Ты расслабишься уже, женщина, или как? – довольно фыркнул Демьян, позволяя сыну уснуть у него на руках.

– Расслаблюсь, – поспешно ответила она и тихо добавила: – Наверное.

Тарисов медленно приподнял бровь.

– Честное слово, – не удержалась Юля.

Когда взлетели, ей стало не до Сережи и Демьяна. Она даже порадовалась, что сыном занимаются. Юлю очень сильно затошнило, и она попросила принести бумажные пакеты. Мало ли что…

– Всё хорошо, Юля? – обеспокоенно спросил Демьян, наблюдая за ней. – Ты побледнела.

– Меня укачивает что-то.

– Воды с лимонным соком ещё принесите, – тотчас распорядился он.

Тошнота немного притупилась, Юле дали ещё ягодную карамель.