Агент сыскной полиции

Однако моментальный удар в лицо перекинул его через прилавок, который защитил его от взрывной волны и огня…

— По правде сказать, — прокряхтел озадаченно Тартищев и с укором посмотрел на своего лучшего агента, — если б я не знал, что ты здесь ни при чем, подумал бы, что именно ты ограбил магазин. Слишком уж приметы сходятся. Небольшого роста, чернявый…

Уж не старый ли это наш знакомец Изя Фейгин? И не таким ли способом господа заговорщики решили пополнить свою кассу?

— Не думаю, — покачал головой Вавилов, — слишком рискованно. Карточка пропала в цирке, и они понимают, что первым делом мы будем шерстить людей из цирка. Я тут кое-что уже просмотрел. Наиболее подозрительны венгр Стефан Калош, Надежда Рябцева, кассирша, и борец Эдвард Лойс. Он от кассирши ни на шаг не отходит. То ли любовь у них, то ли что-то другое.

— Борец, говоришь? — потер затылок Тартищев. — Здоровый?

— Здоровый! В тяжелом весе выступает. И на чемпионате пока без поражений идет.

— Они что, все вместе держатся?

— В цирке они появились каждый сам по себе.

Сначала Лойс. Он приехал в Североеланск с группой борцов из Киева, где они выступали в местном цирке.

Затем появилась кассирша. По паспорту она мещанка из Саратова. Похоже, что больна чахоткой, но это тщательно от всех скрывается. Калош прибыл совсем недавно, месяца полтора назад в компании с наездницей Ритой Адамини из Екатеринбурга, где они весьма успешно гастролировали. Рита дружит с Надеждой, поэтому Калош приближен к кассирше, к которой в цирке относятся настороженно, но ссориться боятся. По слухам, хозяин цирка спит с ней. Бр-р! — Иван передернул плечами. — Не знаю, что он нашел в этой драной кошке, да еще рыжей в придачу!

— Рыжей? — удивился Тартищев и окинул Вавилова задумчивым взглядом. — А этот самый Лойс тоже, что ли, спит с ней?

— Да ну их в пим дырявый[45], — махнул рукой Вавилов, — в таких подробностях я не разбирался. Думаю, это не столь важно. Главное, что эта дамочка выстроила их в колонну по одному и они готовы на все, что она им прикажет.

— Ты думаешь? — глубокомысленно заметил Тартищев и покосился на окна. — Алешка где-то запропал. Отправился к своей бывшей хозяйке прояснить кое-какие обстоятельства и, видно, до сих пор проясняет. Голову бы только не потерял.

— Не потеряет, — ухмыльнулся Вавилов, — парень он молодой, здоровый, красивый. Может, попробовать подослать его к Рябцевой?

— А знаешь, это идея, — радостно встрепенулся Тартищев, — и я даже придумал, как его синяки на благое дело использовать.

Некоторое время, склонив головы друг к другу, они тихо совещались, потом Тартищев одобрительно хлопнул Вавилова по плечу:

— Думаю, она ничего не заподозрит! А Алешке внушим, чтобы стонал более убедительно.