Сыскное бюро Ерожина

Чуя вину, скрюченный ревматизмом сосед одалживал своего коня Андрею, для облегчения ему пастушьих трудов. Приглядывать за скотиной верхом куда сподручнее.

Повздыхав и посудачив о взрыве и пожаре, старушка ушла, а Ольга Митрофановна с сыном улеглись спать. Андрей угомонился не сразу. Он любил на ночь почитать умные книжки, где рассказывалось об неопознанных летательных объектах или других научных чудесах, и только после этого быстро и крепко уснул. Проснулся еще затемно. Гороховские петухи во всю горланили свою старую, как мир песню, мать уже доила Зорьку и возле него стояла кружка парного молока и краюха теплого хлеба. Хлеб большинство хозяек в станице пекло у себя в печи, потому что он стал дорог, а денег у крестьян лишних не водилось. Андрей потянулся, попил молока и, посолив горбушу, пошел седлать коня. Седло и сбруя висели на заборе к которому и был привязан старый мерин. Коняга дремал, поджав заднюю ногу, и когда Андрей подошел к нему, тихо заржал. Андрей угостил мерина подсоленным хлебом, и тот безропотно снес все манипуляции молодого соседа. Ольга Митрофановна вынесла сыну рюкзачок с едой и питьем и он, взяв коня за повод, вышел за ворота. Крестьяне выгоняли своих «буренок» со дворов и через минут двадцать скотина укомплектовалась в стадо. Андрей уселся в седло и погнал коров известным маршрутом. Многие горожане думают, что работа пастуха дело легкое и даже некоторым образом идиллическое. Но это кажется из окна легкого автомобиля или из купе поезда. На самом деле, коровенки как и люди имеют каждая свой характер, в том числе и мерзопакостный. В стаде всегда есть несколько особей отличающихся паскудством и хитроватостью. Такие твари любят забраться в овес, или отбиться от стада и полеживать в теньке до поры, пока их не хватятся. И не кнут и не мат, которым пастухи обычно владеют в совершенстве паскудный характер этих животных не меняет. Андрей матом не ругался. Может от бога, а может от вещуньи матери, он животных чувствовал нутром, и они друг друга прекрасно понимали. Поэтому баламутных телок пастух кнутом не лупил, поскольку его и не имел, грязно не ругал, а тихо и ласково стыдил. И те свой норов не выказывали.

Стадо медленно скатилось с бугра и подошло к Дону. Солнце вставало со стороны станицы, и пока лишь его край огненной горбушкой проявился над бугром. Андрей покачивался в седле и любовался пейзажем. Он любил свою реку, дубовые рощи на склоне берега и, уехав к жене в город, по родным местам тосковал. Его лирическая и не меркантильная натура для семейной жизни имела много недостатков, от этого и происходили размолвки с молодой женой. Она хотела иметь много дорогих и полезных для хозяйства вещей, а он хотел красоты и покоя."

"Стадо вышло на берег реки и медленно двинулось вдоль.