Сыщики 45-го

У работников милиции имелся боевой опыт, научились увертываться от пуль, значит, и у врагов есть аналогичный опыт? Он последним выходил из леса – все его люди уже топтались у автобуса, закуривали.

Сержант Шорохов запустил двигатель, гонял его на холостом ходу. Возникло странное чувство – что-то еще держало в лесу. Ощущение опасности отсутствовало – что-то другое.

Алексей медленно шел, хрустел валежник под ногами. Работало боковое зрение. Движение справа – екнуло сердце. Пистолет уже на взводе, резкий разворот через левое плечо. Ноги подогнулись, готовые изобразить пружину. Неблагодарное занятие – увертываться от пуль, но что делать?

Застыл мужчина, не успевший юркнуть из-за дерева в гущу боярышника. Он наблюдал за оперативниками, не высовывался. У него были пустые руки, никакого оружия. Одежда странная, словно найденная на помойке и нанизанная в несколько слоев, рваные башмаки, дырявая кепка. Физиономия заросла рыжеватой бородой, страх блестел в воспаленных глазах. Он не рассчитывал, что его засекут – и был очень взволнован.

От существа не исходило никакой опасности. Алексей тоже застыл, держал незнакомца на прицеле. Текли секунды, происходило что-то странное. Включилась память: здесь иногда попадаются бродяги: то ли немцы, сбежавшие из плена, то ли бывшие политические. Обитают в лесах, дичают, они безвредны… Один из упомянутых товарищей?

Они пристально таращились друг на друга, бродяга сделал глотательное движение, облизнул пересохшие губы под гущей свалянных волос. Он зарос неприлично, на виду оставались одни глаза. Происходило что-то странное – не хотелось кричать, обнародовать свою находку. Да и был ли в ней прок? В данный момент его интересовала только банда. Алексей повел стволом: сюда. Бродяга вышел из оцепенения, затряс головой – нет. Отступил. Черкасов нахмурился, сделал такое лицо, словно собрался стрелять. Бродяга протестующе замахал рукой: не надо! Возможно, он был немой. Он снова попятился, потом развернулся и с неожиданным проворством метнулся в канаву, заросшую кустами.

Алексей приглушенно чертыхнулся. Ей-богу, он чуть не выстрелил дикарю в спину, но сдержался. Сомкнулись ветки, усыпанные глянцевой листвой, донеслось сиплое дыхание, хрустнули ветки под ногами.

«Ты похож на идиота», – мелькнула обескураживающая мысль.

– Алексей Макарович, вы идете? – донеслось с опушки. – Или нашли что?

Он глухо выругался, заспешил к опушке, а выходя из леса, сделал вид, что застегивает штаны – мол, приспичило, оттого и задержка. Странное чувство настойчиво твердило, что не надо говорить о случившемся…

Глава четвертая

– Наслышан о вашем незапланированном боестолкновении, – проворчал начальник милиции майор Черепанов. – Уже что-то, вы хоть как-то, но зацепили банду.