Сын лекаря

– При этом, насколько я поняла, мужчин за это никто не порицает?

– Ну, если мужчина не женат, то порицают, но не сильно. Смотрят сквозь пальцы. А если женат, то… Ну не знаю, тоже смотрят сквозь пальцы, но могут наябедничать жене, и тогда ему не поздоровится.

– А если все наоборот? Если девушка хочет «общаться» и готова платить за это деньги?

– Я про такое слышал, но редко. Таких мужчин вообще все презирают, еще больше, чем веселых девок. Хотя к последним в разных местах по-разному относятся. Я слышал, что в столице их даже уважают, стихи им посвящают. Только там они как-то по-другому называются, и очень дорого берут за свои услуги. Только благородным по карману. Хотя там сложнее все, я не очень в этом разбираюсь, – я уже не рад был, что начал этот разговор.

– Эрик, а ты благородный?

– А? Я – да. Но я совсем недавно стал благородным, меня его величество наградил… – я осекся.

– За то, что ты убил много эльфов?

– Н-нет, не совсем. Мы вошли в лес, тот, что был нашим, наша тысяча и тысяча помойных – это… Ну, вот как ваши провинившиеся, которых сюда отправляют. Только их никуда не отправляют, а просто в самые опасные места ставят. Ваши нам ловушку устроили, и тысячник, чтобы сохранить хоть кого-то, оставил помойных прикрывать отход. И раненых оставил. А я остался с ними, я же лекарем был в нашей тысяче. Вот за это мне пожаловали дворянское звание.

Оли Лэтеар задумчиво рассматривала меня, от чего перестала смотреть под ноги и ожидаемо споткнулась. После чего тряхнула головой и лукаво спросила:

– Значит, ты можешь теперь пользоваться услугами этих дорогих веселых девок для благородных?

Я натужно рассмеялся:

– Я очень бедный благородный, так что на их услуги у меня все равно денег нет.

– Хм… Значит, ты пользовался услугами простых веселых девок, дешевых?

– Да ничего я не пользовался, – буркнул я. – Мне отец говорил, что в этом случае девальвируется сама концепция близости.

Девушка рассмеялась, глядя на мою покрасневшую физиономию, и прекратила издевательство. Подождав еще каких-нибудь неудобных вопросов и таковых не дождавшись, я облегченно выдохнул. И все-таки как хочется в тепло и в баню! А еще что-нибудь повкуснее набивших оскомину эльфийских лепешек.

Обнаружение очередного провала чуть не стало для меня фатальным. Мы уперлись в сплошные завалы битого камня – целая улица была разрушена, да так, что найти проход было невозможно. Попробовали пройтись вдоль, но проходимых мест как-то не наблюдалось, кучи битого камня перемежались кусками стен, в некоторых даже сохранились дверные проемы. В один из таких я и полез, надеясь, что внутри остатков здания будет проще передвигаться. Я откатил несколько крупных камней и ужом стал протискиваться в образовавшуюся полость.