Сыграем

Он нахмурился, и его глаза вернулись к тому, что происходило впереди.

— Можешь поверить, что Дэйви подарил ей новое кольцо спустя каких-то три месяца? — прошептал Мал мне на ухо. — Она же, черт возьми, из него веревки вьет. Это нелепо.

— Они влюблены. Я думаю, это мило.

— С теми темпами, с которыми он дарит ей бриллианты, к Рождеству у нее будет тиара.

Для меня тиара являлась одной-единственной вещью, которая служила едким веществом для святости моего собственного черепа. Но мне было ненавистно слышать, что Мал выступал против идеи любви или увлеченности, или чем бы там оно не являлось, что так вывело его из себя.

— Что? — спросил он, глядя вниз на мое лицо.

— Все никак не могу решить, говорит ли в тебе ревность, горечь или что-то еще.

— Я пошутил, — сказал он, в глазах отразилась обида. — Тиары забавные. Все об этом знают.

— Конечно.

Мал просто моргнул. Его рот, эти великолепные шаловливые губы не пошевелились.

Следующая порция аплодисментов прогремела в комнате, как быстро слаженный, хорошо настроенный механизм. Исходя из того, что они были уже женаты, смысла тянуть с этим не было. А, может, это только мне показалось, что все прошло быстро. Они поцеловались и комнату осветили фотовспышки. Люди столпились, чтобы поздравить их.

Счастливые, счастливые времена. Что за радостное событие.

— Вернусь через минуту, — сказала я, выскальзывая из объятий Мала. Мне нужен воздух, пространство и прочее дерьмо. Мне нужно собраться. Чрезмерная реакция на его поцелуй надолго выбила меня из колеи. На балконе все казалось лучше и спокойнее. Я знала, что вылазки с Малом на встречи будут странными. Я ожидала чувств, ощущений. Нервозность, неуклюжесть, даже легкое щекотание я могла понять, но то, что у меня снесет крышу, накроет с головой похотью, и весь прочий мир исчезнет? Не очень-то. Он был прав, существовали все шансы на то, что «роковое влечение» маячило не за горами.

— Что случилось? — спросил он, подойдя ко мне сзади.

— Ничего. Все хорошо.

— Чушь собачья.

— Если я говорю, что хорошо, то так оно и есть, — выдавила я сквозь зубы.

— Ты ведешь себя странно, — он встал рядом со мной, от его манящих глаз мои мысли путались. — Это был обалденный поцелуй, — сказал он.

— Он был хорош, — солгала я, одаряя его безмятежной улыбкой.

— Хорош? — одна его бровь изогнулась вверх. — И все?

Я пожала плечами.

— Энн, ты чуть ли не разорвала мою одежду. Мне кажется, что он был более чем хорош.

— Ох, прости. Это был перебор? Судя по тому, как ты на меня набросился, я прикинула, что мы собираемся дойти до крайности.

Он замер.

— Набросился на тебя?

— Ну, это было похоже на то.

— Да неужели, почему же?

Очередное пожатие плечами.

— Ты должен признать, что языка было многовато."

"Он шагнул ближе, попадая в мое личное пространство.