Сыч – птица ночная

 — А тебе какая разница? Все равно изломана игрушка.

— С жиру бесятся, — хмуро буркнул Поликарпыч. — Совсем сдурели. Я за свою «Ниву» двадцать просил — не дает никто. Один хмырь предлагает за двенадцать — и все. Краше цены нету. А это — тридцать штук… С жиру бесятся! Кстати — на, это, наверно, от нее детальки.

Поликарпыч высунулся из кабины и бросил мне пластиковый футляр. Щелкнул подпружиненной крышкой — внутри покоились три трехдюймовые дискеты. На секунду сердечко замерло в могучей груди, кто-то звонко крикнул в голове: «Вот оно!!!» Однако тут же пришла на ум избитая истина о том, что горец и компьютер — понятия, далекие друг от друга, и в подавляющем большинстве случаев первый используется последним лишь в качестве красивой игрушки. Сердечко в могучей груди поскакало дальше. И потом — ну кто же будет открыто хранить информацию особой важности? Компьютер бросили, дискеты оставили — значит, что? Значит, ничего — пустышка. Это просто я такой подозрительный — потому как работаю один, без команды, от работы настоящей отвык и отвык от экзотики пограничья…

— Где эта хреновина была? — поинтересовался у Поликарпыча, рассматривая дискеты.

— Да тут, в обивке, — Поликарпыч отодрал очередной лоскут поролона. — Тут кармашки понатыканы — ну и лежало… Аче?

— Да ничего, так, — несколько разочарованно пробормотал я, прочитав надписи на дискетах: «Системный для Windows» «Avp 32.aij», «Загрузочный для DOS, Drweb».

— Обычные рабочие дискеты. — Я сунул футляр в тот же карман, где уже находился жесткий диск, и, нашарив взглядом в куче хлама продырявленную канистру с остатками машинного масла, озарился озорной мыслишкой. Подобрав какую-то тряпицу, прихватил канистру и забрался на борт «КамАЗа». И вывел масляными здоровенными буквами, встав задницей к дороге: «Не ходи на Русь, чечен!!! Там живет твоя смерть…»

— Ты че это? — удивился Поликарпыч, заинтригованный моими телодвижениями. — А ну как прочитают? А потом… ну, того…

— Произведут графологическую экспертизу, снимут отпечатки, найдут и задницу надерут! — язвительно протараторил я и, зашвырнув канистру подальше от машины, добавил, потыкав пальцем в сторону ее падения:

— И заодно баллистическую экспертизу зафиндячат. По траектории высчитают рост, вес, коэффициент олигофренения…

— Чего высчитают? — нахмурился Поликарпыч.

— Ты работай, Валера, работай! — неожиданно раздражился я. — Мы сюда, между прочим, не на экскурсию приехали! Пять минут тебе закруглиться!!! Все — время пошло!"

"Поликарпыч обиженно надулся и юркнул в кабину. Я досадливо сплюнул и полез наверх. Не было смысла объяснять глубоко приземленному мужичку Поликарпы-чу, что такое несвоевременно нахлынувшая ностальгия, — все равно не поймет.