Сволочь ненаглядная

Такой порядок царит в солдатской казарме: одеяла натянуты, подушки углом, в тумбочке все по ранжиру.

– Служба моя, – сказал Иван Сергеевич, вытаскивая большую стеклянную банку, – отнимала все время, вот я и не женился, просто не успел, а сейчас кому убогий старик нужен…

Глядя, как под тонкой рубашкой у «убогого старика» перекатываются литые мышцы, я подумала: «У них в КГБ учили читать чужие мысли? Или у меня на лбу написаны все эмоции?»

Иван Сергеевич тем временем охотно делился рецептом:

– Запомните, кофе покупаете в пачках с надписью «для кофеварки», там особо мелкий помол, просто пыль, видите? Потом насыпаете прямо в чашку ложечку с верхом, дозу экспериментальным путем вычислите. Затем берете чайник и крутым, особо подчеркиваю, крутым кипятком заливаете кофе. Кстати, если вы любите сладкий, сахар следует смешать с кофе до добавления воды.

Он ловко поднял чайник и пробормотал:"

"– Все, теперь интенсивно размешиваем и накрываем чашку сверху блюдечком. Две-три минуты терпения, ну, пробуйте.

Я глотнула и удивилась:

– Потрясающе, но вы же его не варили, а развели, как растворимый!

– Именно, – заулыбался Иван Сергеевич, – в этом-то и основной секрет.

Мы понаслаждались дивным напитком, и Родионов спросил:

– Чем я могу помочь?

– Помните ли вы дело Майи и Валентина Платовых?

Иван Сергеевич побарабанил пальцами по голубому пластику, покрывавшему стол, и вздохнул:

– А вам зачем?

– Настя умерла, – тихо сказала я, – и оставила Егору большую сумму денег наличными. Только адреса мальчика у меня нет, а у вас был. Может, сообщите мне координаты парня?

Иван Сергеевич продолжал хмуриться, я быстренько выложила все, до чего удалось докопаться. Помолчав, он переспросил:

– Значит, носила Настя фамилию Звягинцева, по первому мужу?

Я кивнула.

– Подождите, – велел хозяин и вышел, не забыв плотно прикрыть за собой дверь.

Его не было минут пятнадцать, и я вся извелась, разглядывая красные кружочки под чашками и пересчитывая на них белые горошинки.

Наконец Иван Сергеевич вернулся, достал пачку «Золотой Явы» и сказал:

– Сейчас никакого секрета в этом деле нет, журналисты давным-давно написали о других, тоже тайных вещах. То, что тщательно скрывалось коммунистическим правительством, ну, хотя бы дело Бориса Бурятце, любовника Галины Брежневой, или случай, когда стреляли в саркофаг с телом Ленина, для людей 90-х годов не является тайной. История с Платовыми не выплыла просто потому, что ими занимался я, а Майя очень хочет дожить оставшиеся дни в тишине и покое…

– Она жива? – ахнула я.

Иван Сергеевич кивнул:

– Жива, правда не совсем здорова, впрочем, Валентин тоже не умер.