Свои чужие

Немного успокоившись, я без раздумий направилась в сторону кассы и купила билет до Москвы. Самолёт улетал через полчаса, времени на раздумья не было. Бабуля и Майя адекватно восприняли мой побег в столицу. Сказали, что справятся и спокойно отдохнут четыре дня без меня. Тем более я ходила кислая и вечно недовольная. Бесконечно ворчала и пыталась поучать. Не нравилась им, одним словом.

Пока летела в самолёте, думала о том, как сильно боюсь потерять Кирилла. Любимого мужчину, который готов ради меня на всё. Неизменно. Который поддерживает даже самые безумные мои идеи. Спасает, выручает."

"Я так сильно жалела о сказанных когда-то в пылу словах. Об упущенном времени. Судьба дала нам второй шанс. Вот бы сразу же им воспользоваться — и в омут с головой. Но что-то мешало. Неуверенность, боль, ошибки прошлого. Так сложно было отпустить и довериться снова. Теперь я чётко осознавала, чего хотела. Всегда, рядом. В болезни и здравии, а о смерти нам думать рано.

Вернувшись в гостиную, я показываю Кириллу тестовые полоски. Он улыбается, внимательно слушает. История не очень захватывающая, скорее смешная. Вспоминаю, как получила положительный результат, затем побежала в аптеку за остальными полосками. Я ведь ни сном ни духом! Отдыхала, купалась, расслаблялась. Тем временем внутри меня уже рос самый настоящий человек. Пока маленький, всего пять недель. Я понятия не имела, что у нас с Самсоновым так быстро получится! Медсестра после чистки жалела мою несчастную матку, пережившую два интенсивных выскабливания. Она ошибалась. У меня всё хорошо. Было, есть и будет.

— Надо показаться врачу, — задумчиво произносит Кирилл.

Он часто скрывает свои эмоции. Но не сейчас. Я вижу, как подрагивают его руки, а довольная улыбка озаряет лицо. Можно не спрашивать, доволен он или нет. И без слов понятно.

— Схожу. Но срок очень маленький.

— Два дня потерпим? Сейчас не желательно мотаться по городу.

— Потерпим, конечно. Меня ничего не беспокоит, — киваю в ответ.

— Могу отвезти тебя в аэропорт, вернёшься в Сочи и продолжишь отдыхать. Медового месяца не вышло, малыш. Извини.

Я вновь забираюсь ему на колени и обнимаю за шею. Не вышло так не вышло. Ещё будет.

— Море, конечно же, прекрасно, но ты — лучше. Я останусь, Кирилл.

Он мягко накрывает мои губы своими, забирается под платье. Волоски встают дыбом, когда шероховатые ладони нетерпеливо сжимают грудь. Она стала чувствительнее и больше. Каждое прикосновение вызывает новые эмоции и ощущения.

Из гостиной мы плавно перебираемся в спальню и раздеваем друг друга. Единственная одежда, которую я взяла с собой, — на мне.

Кирилл вдавливает меня в мягкий матрас тяжестью своего тела. Шутит, что предохраняться теперь вовсе не обязательно. Касается губами шеи, ключиц, оставляет на коже красные отметки.