Сводный гад

 — Я придурок конечно, ты с приколами тоже… Нo ты моя абсолютно, ты моя безвозвратно…»

Родители отворачиваются, разговаривая по телефону с кем-то из родственников.

Гитара затихает, мы дергаемся друг к другу, на мгновение касаясь губами. И снова падаем в разные стороны, как только они оглядываются.

— «Стоит жара аномальная, ты вообще ненормальная… — улыбаясь, продолжаю я. — Мне с тобою так круто…»."

"— Бабушка приедет скоро, — разворачивается мама. — Хочет с Иваном познакомиться.

Интересно, это моя бабушка или Яськина?

— Дочь, — поднимает от экрана взгляд Алексей Михайлович, — почему Корниенко привёз твои вещи? Как они у него оказались?

«Да, блять!» — беззвучно психует Царевна.

— Я их оставила у него в машине. Всë?

— Нет, не всë. А что ты делала у него в машине?

Яська зажмуривается, сжимая кулаки и, пропсиховавшись, выдыхает.

— Мне тоже… Очень… Интересно… — бормочу под перебор я, прищуриваясь.

«Мы курили», — шевелит она губами мне, раздраженно растопыривая пальцы.

— Ответ будет? — раскладывает Алексей Михайлович шампуры на угли.

— Нет.

— Ярославна… — строго.

— Пап, я уже взрослая девочка!

— Ты девочка не свободная.

— Эдик спросит, ему отвечу! — бросает зло Яська.

Давлюсь воздухом, прокашливаясь.

«В смысле??» — шевелю губами, гневно поглядывая на неё.

Закрывает ладонью глаза.

Наступаю на еë пальчики своими.

— Ясь…

Достаёт телефон.

Царевна: «Вань, ну давай после выборов! Пожалуйста! Чтобы без громких скандалов. Ты ж понимаешь…»

Бастард: «А до выборов — что?! Он будет считать тебя своей?»

Царевна: «Да он всë равно болеет, мы и не увидимся».

Сижу, прислушиваюсь к мерзкому ощущению в груди.

Бастард: «Ты можешь поговорить с ним, но не делать эту информацию публичной, верно?»

Царевна: «Ты не понимаешь!.».

Бастард: «Ну так объясни!»

Яся складывает умоляюще кисти, зажимая между ними телефон.

«Пожалуйста!!» — шепчет мне.

Пишу ей в мессенджер: «Он до тебя не дотрагивается, поняла?».

Убедительно кивает.

«И встречаетесь вы только для того, чтобы расставить все точки над «i».

Поджимая губы, кивает. И всë равно — стрëмно.

— Иван, как дела в спорте? — интересуется Алексей Михайлович.

— Не очень, — пожимаю плечами.

— Почему?

— С ритма немного сбился.

— Чем помочь?

— Да… ничем. Я сам.

— А что там за история с твоей квартирой? Почему она в залоге?

— Мм… Ну, мне дали социалку в…

Жопе мира!

— В худшем районе, в аварийном состоянии. Я её продал. Ипотеку мне никто в восемнадцать не дал. Денег у меня на нормальную не было. Поэтому пришлось купить квартиру у застройщика под залог. Выплачиваю… А что?

— Там какие-то зверские условия по платежам.

— Ну… Да. Но других никто не предложил.

— Ладно, разберёмся.

— Не надо, — хмурюсь я. — Я сам.

— А откуда ты берёшь деньги?

— Она пока сдаётся.