Сводная сестра для мажора

Он успел надеть растянутый свитер поверх майки-алкашки, в которой спал. И выдал мне мягкие тапочки с кроликами. Я не стала спрашивать, кому они принадлежат, лишь благодарно кивнула, опустив ноги в тепло.

— Хочу рисовать, — говорю твердо. — Пожертвуешь мне один холст? Я тебе заплачу. Как-нибудь потом.

— Какие деньги, Кать, ты что.

— А я тебе не помешаю, вдруг у тебя сегодня занятия?

— У меня выходной по понедельникам. Слишком забитые суббота-воскресенье выходят. И я немного начинаю ненавидеть людей, в частности детей, — хмыкает Альберто и, поднявшись на ноги, выходит обратно в студию.

Закусив губу, смотрю на лежащий около дивана мобильный парня. Я помню Мишин номер наизусть. Могу позвонить и наорать на него. Или попытаться поговорить с ним нормально. За что он так со мной? Нравится унижать людей?

А потом отбрасываю эту мысль в сторону. Он даже не ночевал вчера дома, просто не пришёл. Бросил мне, как собаке, «не скучай» и свалил.

Чай обжигает нёбо, но я всё равно делаю ещё один большой глоток. Пытаюсь заглушить душевную агонию.

— Всё готово. Идём? — Альберто перехватывает мой задумчивый взгляд и хмурится. — Тебе нужно позвонить? Сказать кому-то, где ты?

— Нет. Я, наоборот, хочу спрятаться ото всех. Вообще ото всех. Кажется, я ушла из дома…

— Одобряю, я недавно тоже так сделал. Но кажется, в двадцать шесть это немного поздно делать. Мать бушует. Никак не примет тот факт, что я уже не двухлетний малыш и могу обходиться без неё самостоятельно.

— Поэтому ты ночуешь здесь? — киваю на мятую подушку.

— У меня есть квартира. Вчера лень было ехать.

Мы останавливаемся около мольберта, и я смотрю на краски, которые предложил мне Альберто. Масляные. Они слишком долго высыхают, а я не уверена, что смогу ждать.

— Акрил у тебя есть?

Брови парня ползут вверх, но он не комментирует мой выбор и удовлетворительно кивает. Несколько минут копошится около серванта и приносит мне целую коробку акриловых красок на выбор.

— Ты куда-то торопишься? — задаёт логичный вопрос Альберто, наблюдая, как я откручиваю первый тюбик краски.

— Нет, но хочу закончить сегодня. Поэтому сегодня акрил.

— Я тебя понял.

Тёмно-синий. Кроваво-красный. Немного белого. Пару капель зеленого и фиолетовый. Выдавливаю краски на палитру и беру самую широкую кисть. Сегодня будет просто абстракция. Мне нужно выплеснуть эмоции, очистить голову. Просто красить. Просто делать мазки.

Альберто стоит сзади и наблюдает за моей экспрессией. Он мне совсем не мешает, через какое-то время я даже перестаю замечать его. Слишком увлекаюсь процессом.

Отрываюсь от холста, только когда Ал несколько раз окликает меня, предупреждая, что отъедет ненадолго.

Пока его нет, беру ещё один холст. Без спроса, но я всё возмещу. Пачкаюсь в краске, делаю слишком резкие мазки.