Пятьдесят оттенков свободы

У порога деликатно покашливает Тейлор. Кристиан кивает ему.

— Нам пора. — Кристиан поднимается, надевает свой серый пиджак. Я выхожу вслед за ним в холл.

У него лежит револьвер Лейлы. Вот так новость. Интересно, что с ней случилось? Она ведь еще в… Где? В Нью-Гемпшире? Забыла.

— Доброе утро, Тейлор, — говорит Кристиан.

— Доброе утро, мистер Грей. Миссис Грей. — Тейлор здоровается с нами обоими, но встречаться со мной глазами избегает, за что я, помня нашу неловкую встречу прошлой ночью, ему признательна.

— Я только почищу зубы. — Кристиан всегда чистит зубы до завтрака. Почему? Не понимаю.

— Попроси Тейлора, пусть научит тебя стрелять, — говорю я, когда мы спускаемся в лифте.

Кристиан удивленно смотрит на меня.

— Думаешь, стоит? — сухо спрашивает он.

— Да.

— Анастейша, я не люблю оружие. Моя мать была против оружия. Мой отец был против. Я перенял их отношение к оружию и поддержал по меньшей мере две инициативы по контролю за оружием здесь, в штате Вашингтон.

— А Тейлор носит оружие?

— Иногда, — коротко отвечает Кристиан, поджав губы.

— А ты против? — спрашиваю я, когда мы выходим из лифта на первом этаже.

— Да, — так же коротко отвечает он. — Скажем так, мы с Тейлором придерживаемся разных взглядов по вопросу контроля за оружием.

О! Что ж, а вот я на стороне Тейлора. Кристиан открывает и придерживает дверь, и я иду к машине. После случая с «Чарли Танго» он не разрешает мне ездить в SIP одной. Сойер любезно улыбается, распахивая перед нами дверцу.

— Пожалуйста. — Я беру Кристиана за руку.

— Пожалуйста — что?

— Научись стрелять.

Он закатывает глаза.

— Нет. И все, хватит. Разговор окончен.

Я — опять ребенок, которого отчитывают. Открываю рот, чтобы сказать что-то резкое, но в последний момент решаю не портить настроение в начале рабочего дня. Складываю руки на груди и тут замечаю, что Тейлор смотрит на меня в зеркало заднего вида. Он тут же отводит глаза, но при этом едва заметно качает головой. Похоже, Кристиан и его иногда достает. Я улыбаюсь, и мое хорошее настроение остается со мной.

Он смотрит в окно.

— А где сейчас Лейла? — спрашиваю я.

— В Коннектикуте, с родителями.

— Уверен? У нее ведь тоже длинные волосы, так что в «Додже» могла быть и она.

— Я проверял. Она записалась в художественную школу в Хэмдене. Занятия начались на этой неделе.

— Ты с ней разговаривал? — шепотом спрашиваю я, чувствуя, как отливает от лица кровь.

Кристиан резко поворачивается.

— Не я, Флинн. — Он смотрит на меня испытующе, пытается понять, о чем я думаю.

— Понятно, — шепчу я с облегчением.

— Что?

— Ничего.

Теперь уже он вздыхает.

— Ана, в чем дело?

Пожимаю плечами — не признаваться же, что ревную. Тем более что для ревности нет никаких оснований.

— Я за ней присматриваю, — продолжает Кристиан.