Свободные отношения (СИ)

Видимо, я пытаюсь оттянуть подтверждение той правды, с которой успела переспать самую сложную ночь в своей жизни.

— Здравствуйте, — вежливо киваю врачу, когда прохожу в белоснежный светлый кабинет.

Внешне Андрей Данилович кажется располагающим и отдалённо напоминает отца. У него такие же густые усы, взлохмаченные волосы с седыми прядями и ясные внимательные глаза, наполненные мудростью и опытом.

Он жестом предлагает присесть в кресло, а сам тем временем заканчивает разговор по телефону. В ожидании я не знаю куда себя деть. Сложно усидеть на месте, когда тебе на голову сваливаются столь неприятные новости касающиеся здоровья мужа.

— Как прошла операция у Натана Давидовича? — резко спрашивает врач.

— Я…

Тут же качаю головой и опускаю взгляд.

— Я не знаю, Андрей Данилович. Именно об этом я и хотела бы поговорить.

Положив на стол недавнюю выписку, складываю руки на коленях и делаю глубокий вдох. Лгать и юлить будет в корне неправильной тактикой, поэтому я постараюсь объясняться максимально правдиво.

— Долгое время я находилась в другой стране, — продолжаю рассказ. — Мы с мужем были в ссоре и о диагнозе я совершенно ничего не знала. Так получилось, что мы разминулись. Натан улетел на выходных, а я вернулась в понедельник. Сказать по правде, я понятия не имею, где он находится и как прошла операция. Впрочем, о самой операции и диагнозе я узнала только вчера, когда случайно нашла выписку из вашей клиники.

— Поэтому вы ко мне пришли? — интересуется Лысенко.

— Да.

— Вы же понимаете, что я не имею права рассказывать о деталях визита?

Коротко кивнув, продолжаю смотреть в пол.

— Я заплачу. Столько сколько нужно.

Лысенко шумно вздыхает и опускается в кресло. Закинув ногу на ногу, прокручивается по часовой стрелке и принимается читать консультативное заключение, которое сам же и выписал чуть больше двух недель назад.

— Пациент пришёл с жалобами на прогрессирующую слабость и онемение в туловище. Сказал, что это началось примерно год назад, но острый пик пришёлся на текущий месяц. Последний раз Левицкий посещал врача прошлой весной.

— Да, он делал снимок и всё было прекрасно! Натану выписали лечение, после которого исчезли все нехорошие симптомы, — быстро проговариваю. — Мой муж был здоровым и сильным. Занимался спортом и больше не жаловался на самочувствие.

В ушах громко-громко бьётся пульс. Как так вышло, что у Натана возникла опухоль спинного мозга? Почему я не знала об этом? Почему не слышала от него ни единой жалобы за последний месяц?"

"— Дело в том, что пока опухоль не проявляла себя, то была почти неуловимой — вероятно поэтому её и упустили, — разводит руками Андрей Данилович. — Я видел прописанное лечение.