Связанные судьбой

– Но они все равно несут ответственность за вас. Все-таки мужья ваших сестер.

– Я имела в виду не ту ответственность. – Шарлотта покусала губы, засомневавшись. – Я не хотела, чтобы они чувствовали себя обязанными отвечать за меня. За мое унижение.

– Это потому, что их собственные браки были заключены в необычных обстоятельствах?

– Минерва исчезла неожиданно. Все случилось как-то литературно, неуклюже. Никто и представить не мог, что она может сбежать с очаровательным повесой. Вокруг них всегда было много слухов. А Аарон – прекраснейший человек, но обычный кузнец. Он понимал, что, когда женится на Диане, это может серьезно отразиться на моем будущем. Поэтому сначала именно у меня попросил руки сестры.

– Он спросил вашего разрешения? Сколько вам было тогда – пятнадцать?

– Шестнадцать, по-моему.

– И вы дали согласие.

– Конечно! И была очень рада и счастлива за Диану и за него. Я счастлива за Колина и Минерву тоже.

– Однако их счастье станет препятствием для вашего собственного.

Шарлотта поставила локоть на столик, подперев щеку рукой.

– Наоборот. Видеть их счастливыми, потому что они поженились по любви, – самое большое удовольствие. Это научило меня верить в то, что я тоже смогу найти свою любовь. И если обстоятельства их женитьбы станут препятствием для моего будущего жениха… Тем лучше! Я не собираюсь тратить время на джентльмена, которого можно так легко лишить уверенности в себе.

Пирс напряженно рассматривал ее.

В его взгляде, помимо бесстрастной оценки, мелькнуло что-то новое, напоминавшее беспощадность или жестокость.

– В чем дело? – спросила она.

– Пытаюсь понять, действительно ли вы верите в то, что говорите, или это всего лишь мысль, которая согревает вам душу, когда вы наблюдаете за очередной кадрилью из своего убежища за кадкой с пальмой.

Шарлотта отпрянула.

Да, было несколько моментов проявления слабости, когда она, к своему стыду, стояла в толпе, отдавшись на волю самому отвратительному чувству – жалости к себе.

– Когда станете маркизой, – он сделал глоток эля, – у вас появится возможность отомстить за все это. Вы им еще покажете!"

"Самое опасное оружие то, которое бьет прямо в сердце.

– Вы ошибаетесь, – сказала Шарлотта.

Пирс опустил кружку.

– Неужели?

– В вашем плане имеется изъян, милорд. Как только я стану маркизой, все общество убедится в том, что не ошиблось в том, что я бесстыдная интриганка, готовая поступиться собственным достоинством, лишь бы заполучить богатого мужа с хорошим положением. Если только…

– «Если только», что?

– Если только некий маркиз не влюбится в меня до безумия и ни от кого не станет это скрывать.

Пирс чуть не поперхнулся элем.

Шарлотта приподняла бровь. Она тоже могла быть беспощадной.