Связанные ненавистью

Меня окружили. Я должна был попытаться убежать. Шансы всегда были против меня. Раньше это меня не останавливало. Возможно, это был мой последний шанс сбежать. Вернувшись в Штаты, я окажусь в ловушке. Сдаваться было не в моей натуре. Я всегда сражалась в своих собственных битвах, но до сих пор только мне приходилось расплачиваться за свою храбрость. Сегодня невинный, тот, кого никогда не оскверняла тьма моего мира, заплатил своей жизнью за мои мечты, за мое желание свободы, за мой эгоизм. Я думала, что смогу избежать судьбы, убежать от мира крови, но нечаянно притащила в этот мир невинных. Смогу ли я жить с этим? Я не была уверена.

Возможно, это было в нашей природе приносить страдания и смерть всем вокруг нас. Может быть, именно поэтому нам лучше оставаться среди самих себя. Разве Ария не говорила что-то подобное давным-давно?

Ария. Я наконец-то увижу ее. Это была хорошая новость, за которую я цеплялась прямо сейчас. Она поможет мне пройти через это. Она всегда так делала.

Маттео больно сжал мое запястье. В его глазах ясно читалось: теперь, когда он поймал меня, он больше никогда не позволит мне уйти.

* * *

Казалось, все происходит в тумане. Меня втолкнули на заднее сиденье, Маттео скользнул на заднее сиденье рядом со мной, и мы уехали, визжа шинами. Я смотрела, как исчезает место, которое я называла домом последние два месяца. Я прижалась лбом к холодному стеклу. Я не смела моргнуть. Каждый раз, когда я закрывала глаза, за веками вспыхивал багровый свет. Сид погиб из-за меня.

Я слышала, как Маттео разговаривает с кем-то по телефону, но не могла сосредоточиться. Все было кончено. Теперь он отвезет меня к отцу, и я не сомневалась, что пощады ждать не стоит. Я предала не только компанию, но и Нью-Йорк, и заставила отца и Маттео потерять лицо. Меня накажут. Я взглянула на Маттео, который уставился на спинку переднего сиденья. Я быстро застегнула лифчик и вернула его на место. Конечно, Маттео заметил.

Я видела, что он в ярости. Интересно, какое наказание он приготовил для меня? Я была в бегах шесть месяцев. Он не мог хотеть меня ни по какой другой причине, кроме мести. Я знала правила. Я больше не была достойна замужества. У Маттео, вероятно, уже была новая невеста, и как только он разберется со мной, он продолжит жить своей жизнью. Если бы он хотел убить меня, он бы уже это сделал. Это не означало, что отец не сделает этого, как только я ступлю на Чикагскую землю.

Мы остановились перед отелем аэропорта, и Маттео повернулся ко мне, в его глазах было явное предупреждение.

— Следующие несколько часов мы проведем здесь. Если ты попытаешься попросить кого-нибудь о помощи, это закончится кровавой бойней, понятно?

Я кивнула. Затем Маттео вытащил меня из машины и повел внутрь.