Летний лагерь свингеров (ЛП)

Я продолжил, с трудом сдерживая эмоции: — Думаю, нам лучше рассказать всем. —

— Да. —

— Ты хочешь сделать это вместе? — С надеждой спросил я.

Тишина.

— Ладно, это была плохая идея. —

— Прости, Пол. — сказала она. — Я хочу тебя видеть, но... —

— Понимаю. — Теперь была моя очередь вытирать глаза. — Итак, что ты хочешь им сказать? —

— Правду. —

— Всю? — Спросил я шокировано.

— Нет, не всю. Давай просто скажем им, что мы разошлись. Это более или менее верно. Скажем им, что мы поговорили и решили больше не видеться. —

— Нет, ты решила больше меня не видеть, — огрызнулся я. — Здесь не было никаких «мы». —

— Пол, а чего ты ждал от меня – терпения, пока ты все уладишь? Ты видишь, как хорошо это сработало! — Внезапно она замолчала и глубоко вздохнула. — Прости. — сказала она наконец. — Я не хочу снова в это ввязываться. Мы оба виноваты. Я знаю, что ты не решил расстаться, а я решила, и мне придется жить с этим всю оставшуюся жизнь. Но я хочу жить, Пол, и мне нужно делать то, что лучше для меня. —

— Ты могла бы жить со мной. — пробормотала я.

— Да, я могла бы прожить с тобой всю жизнь. Но не с тобой и Кендалл. Я пыталась, Пол. Я действительно пыталась. Но... —

— Да, я знаю. — сказал я наконец, молча признавая, что она была права. Я нес большую часть ответственности, но и Кендалл тоже не осталась без своей доли вины.

— Прости, Пол. — тихо сказала Джина. — Я действительно не хочу снова в это ввязываться. Я знаю, это тяжело... мне тоже тяжело. — После взаимного молчания она шмыгнула носом. — Но пообещай мне одну вещь. —

Я слышал надежду в ее голосе. — Все, что угодно. — ответил я.

— Обещай, что мы всегда будем друзьями. —

На мгновение мне захотелось сказать что-нибудь злобное. Но я не мог этого сделать. Я все еще не мог заставить себя причинить боль той, кого любил. — Обещаю. — сказал я наконец.

— Спасибо тебе. —

И снова мы молчали несколько долгих, наполненных эмоциями мгновений.

Глава 711

— Знаешь, я всегда буду любить тебя. — сказала она наконец. — Ты всегда будешь моим первой любовью, даже если все так закончилось... —

— Я знаю. — сказал я, стараясь, чтобы мой голос не сорвался.

— Мне очень жаль, Пол. — После еще одного долгого молчания она взяла себя в руки. Когда она заговорила снова, ее голос был более сильным, и менее страдальческим. — Давай просто скажем родителям, что мы взрослые люди, и мы решили расстаться. Мы решили быть... друзья. —Она рассмеялась со слезами на глазах. — Знаешь, тебе придется отбиваться от Лии. —

— Я выживу. Мне нравится Лия, но я не думаю, что смогу быть с ней, не думая о тебе... и это будет довольно трудно. Ты... ты единственная в своем роде, Джина Коултер. И ты всегда будешь моей первой настоящей любовью. —

И тут она заплакала по-настоящему.

Я не мог винить ее: мне пришлось сморгнуть собственные слезы.