Летний лагерь свингеров (ЛП)

—

— Нет, но это не твое дело. Это дела женского клуба, и мы позаботились об этом. Я бы сказала, что да, поскольку я не имею к этому никакого отношения. И то, что я чувствую себя плохо, не изменит того, что произошло. Но если ты действительно любишь Кендалл, ты не можешь продолжать тосковать по Джине. Я не знаю Кендалл, но я знаю, что бы я чувствовала, если бы мой парень зациклился на другой девушке. —

Я стиснул зубы и заставил себя не соглашаться с ней (к сожалению, без особого успеха).

— Послушай, я знаю, что ты любишь Джину. Она тоже тебя любит... до сих пор. Но она должна научиться жить без тебя, и ты должен сделать то же самое. —

Я не хотел сдаваться так легко, поэтому сопротивлялся единственным известным мне способом. — Зачем? Чтобы она была в твоем полном распоряжении? —

— Пол. — сказала она с грустной усталостью, — с тех пор как я впервые встретила ее, она принадлежит только мне. И кто в этом виноват? Она пыталась проводить с тобой время, но ты всегда был занят с Кендалл. —

— Она могла бы провести время с нами. Но она этого не сделала. Наверное, это потому, что ты подсадила ее на наркотики. —

— Это не имеет никакого отношения к делу. — спокойно сказала Риган. — И она ни на чем не «подсела». —

— Ах вот как? —

— Что ты об этом знаешь? — спросила она с оттенком насмешки.

— Я знаю, что это незаконно. —

Она закатила глаза. — Таким был и алкоголь в одно время. Кроме того, алкоголизм разрушает больше жизней, чем кокаин. —

— И тебе от этого легче? —

— Это ты скажи мне, эксперт. —

Я стиснул зубы, но ничего не ответил.

— Кроме того, это просто наркотик для вечеринок. —

— Все равно это незаконною — упрямо сказал я.

— И мы пришли сюда не для того, чтобы об этом говорить. Мы пришли поговорить о Джине. — Она сделала паузу, чтобы ее слова дошли до меня. — Если ты любишь ее, ты не можешь звонить ей все время. Ты должен отпустить ее. —

Я глубоко вздохнул и стиснул зубы. Я не хотел соглашаться с Риган, но она была права. В глубине души я знал, что мои отношения с Джиной закончились. Но знание и признание – две совершенно разные вещи, и мне не хотелось смотреть правде в глаза.

— Послушай, я сожалею обо всем, что случилось. — сказала Риган. — Я сожалею о том, что Род сделал с твоим джипом... а потом и с тобой. Если тебе от этого станет легче, я порвала с ним из-за этого. Но я не могу изменить того, что случилось. И мне жаль, что у вас с Джиной ничего не вышло. Не знаю, что она нашла в тебе, но она, должно быть, что-то увидела, иначе не держалась бы так долго. Так что не порть то, что у тебя было, делая ее несчастной. —

Я неохотно кивнул.

Риган, казалось, обмякла, словно с ее плеч свалилась огромная тяжесть. — Спасибо. — тихо сказала она.

Прежде чем она повернулась, чтобы уйти, я остановил ее. — Я... Прости. — сказал я.