Свидетельница

Родители мужа именно ее обвинили в случившемся. Они считали, что она скрывает, что произошло между ней и Петей в тот злополучный вечер.

Еще в самом начале болезни сына свекор подготовил и сделал так, что Петя подписал все документы фирмы, из которых следовало, что его часть бизнеса переходит к отцу. Трехкомнатная квартира, где теперь жили Анжела с Дашей, была тоже оформлена на имя свекра.

Анжела осталась ни с чем. Раз в месяц родители мужа привозили ей «помощь» на ребенка – три тысячи рублей. Она осталась без денег, без мужа, без работы и без поддержки.

Правда, один раз за нее вступился друг семьи, однокурсник Пети, – Николай.

Друг мужа был военным, тоже финансистом, кое в чем разбирался. Узнав о том, что произошло, несказанно возмутился. И на кухне, упорно глядя на безучастного, отсутствующего Петю, долго втолковывал бедолаге о том, как подло и безжалостно поступили родители с его семьей.

Петя ничего не сказал. Казалось, Коле не удалось пробить броню его стойкого аутизма.

Но выходит, Коля все же проковырял маленькую дырочку в этой броне, поскольку свекор на другой же день позвонил Анжеле и долго кричал в трубку примерно те же слова, что я услышала нечаянно, став невольной свидетельницей воскресного свидания родственников. Получается, что Петя передал содержание разговора с другом и потребовал у родителей объяснений.

– Понимаешь, мне иногда кажется, что он не безнадежен, – горячо проговорила Анжела, доставая новую сигарету. – Ведь понимает же он! Понимает, только не чувствует. Словно загородился от всего мира.

– А как же ты? Как ты с этим всем живешь?

Я была поражена. Ведь на работе мы все привыкли видеть успешную, уверенную в себе Анжелу-психолога, которая всех выслушивала, старалась разобраться в проблеме, проводила с нами разные тренинги и тесты. Учила позитиву! А сама несла такой груз…

Анжела помолчала, покуривая. Потом призналась:

– Поначалу трудно приходилось. На работу без стажа никуда не брали. Устраивалась, куда возьмут, без разбора. Ребенок внимания требует, а я на трех работах. В торговом центре полы мыла и несколько дней в неделю няней подрабатывала. Потом вот в интернате место освободилось, спасибо – взяли.

– А я не могла понять, зачем тебе, жене бизнесмена, подрабатывать дежурным воспитателем по сменам? Да еще ребенка таскать с собой…

Анжела на мое замечание лишь усмехнулась невесело:

– Дашке это на пользу. Она у меня – человек. Однажды на Новый год свекор со свекровью притащили ей мешок игрушек. Ну, не знаю, зачем так много. Наверное, хотели внучку уверить в своей любви. А она, когда они ушли, грустно так говорит мне: «Зачем, мам, мне столько игрушек? Давай их девочкам в интернат отнесем, им ведь никто не подарит». Представляешь?

– Отнесли?

– Да.