Связанные прошлым

Но на самом деле я имела в виду наш праздник.

Данте провел большим пальцем по моим костяшкам, явно удивленный.

— Я думал, что ты ожидала большого торжества по этому случаю.

— Нет, — твердо ответила я. — Я считаю, что это концепция на будущее, даже когда Анна станет старше и не будет нуждаться в нас рядом. Мне нравится, что только мы, без посторонних глаз.

Понимание овладело выражением лица Данте, и он поцеловал мне руку.

— Должен признаться, я предпочитаю не делиться потрясающим видом тобой в этом платье.

На моем лице появилась довольная улыбка. Я наклонилась к нему.

— Ты что, превращаешься в льстеца?

— Нет, только честная правда, — сказал он тихим голосом, и я ощутила его взгляд прямо у себя между ног.

Я судорожно сглотнула.

— Ну, мне тоже не нравится делить тебя со всеми этими глазеющими женщинами.

— Сейчас ты преувеличиваешь.

Я бросила на него быстрый взгляд.

— У меня есть глаза, и у тебя тоже. Власть и деньги это воплощение сексуальной привлекательности, и ты сочетаешь их с шестью кубиками. Это абсурд.

Данте встал, протягивая руку в безмолвном приказе.

— Если бы я не знал тебя лучше, то сказал бы, что ты слишком много выпила. Давай уложим тебя в постель.

Я вскочила на ноги с дразнящей улыбкой.

Конечно, это была ложь. Анна не давала нам спать последние несколько ночей.

Данте прижался горячим поцелуем к моему горлу.

— Ты не будешь спать.

Его пальцы переплелись с моими, когда он повел меня наверх.

Я никогда не устану от тела Данте, лежащего на мне, от того, что он занимается со мной любовью. Именно в эти моменты я чувствовала себя наиболее связанной с ним и ощущала, как много он хотел мне сказать, но не мог.

Потом мы направились в детскую Анны. Зите было трудно успокоить ее, а я просто хотела находиться со своей маленькой девочкой. Я прижала ее к своей груди, оставляя поцелуи на ее пухлых щечках. Данте смотрел на меня с нежным выражением, которое я никогда не устану видеть.

Я поцеловала Анну в лобик. Я просто не могла перестать любить ее.

— Я люблю тебя, — тихо, почти нерешительно произнес Данте.

— Ты слышишь, Анна? Твой папа любит тебя.

Данте коснулся моей щеки, привлекая мое внимание к себе, и покачал головой.

Я резко втянула воздух, глядя на него в состоянии шока. Я смирилась с тем фактом, что Данте не мог произнести эти слова. Иногда это причиняло боль, но я не могла этого требовать.

Сожаление отразилось на лице Данте, когда он наклонился, его взгляд почти отчаянно пронзил меня.

— Разве ты не знаешь? Я пытался показать это. Очевидно, я не очень хорошо справился с этой работой.

Я попыталась взять себя в руки, с трудом сглотнув.

— Нет. Ты показывал свои чувства, и я поняла, что ты любишь меня, но услышав настоящие слова…

Несколько смущенных слезинок скатились по моим щекам.