Связанные любовью

— Данте знает, что ты беременна? Черт, — сказал он, скривив губы. — Ты должна сказать Луке.

— Нет, — твердо сказала я. — Не тогда, когда он зол, когда он не хочет иметь со мной ничего общего. Я не хочу, чтобы он чувствовал себя обязанным вернуться ко мне из-за ребенка. Я хочу, чтобы он вернулся ко мне, потому что он хочет. И сейчас он не в лучшем настроении.

— Это правда, — медленно произнес Ромеро. Я поняла, что он что-то скрывает. — В конце концов, ты не сможешь это скрыть.

— Ты думаешь, он будет злиться на меня месяцами?

Его лицо дало мне ответ, которого я боялась. Возможно, я действительно потеряла его.

Человек, который никогда не спал в постели с кем то другим, который никогда не был рядом с людьми без оружия, даже со своим братом, потому что он с раннего возраста узнал, что доверие убивает, он доверял мне, а я все испортила.

— Если ты позволишь мне быстро принять душ, мы можем отправиться прямо сейчас, — наконец сказал Ромеро.

Мне потребовалось несколько ударов сердца, чтобы осознать его слова.

— Да, пожалуйста. Я пойду приготовляюсь.

Через сорок минут мы с Ромеро уже ехали в Нью-Йорк. Когда мы уходили, Джианна и Лили еще спали, а Сандро и еще двое охранников сидели на стороже.

Я снова надела парик, чтобы меня не узнали. Никто не мог узнать о моей беременности.

— Ты расскажешь сестрам? — спросил Ромеро.

— Я бы предпочла, чтобы это осталось между нами.

Ромеро бросил на меня противоречивый взгляд, но потом кивнул. Я знала, что он не любит скрывать что-то от Лили, но слишком многое произошло за последние несколько дней, и мне нужно было время, чтобы разобраться во всем самой, прежде чем я вовлеку в это еще больше людей.

Ромеро ждал в приемной, пока я следовала за доктором Брайтли в процедурную. Она подтвердила мою беременность и сказала, что у меня шесть недель. Когда я вышла и Ромеро повел меня к лифту, я так скучала по Луке, что не могла сдержать слез. Он должен был быть там со мной, должен был разделить со мной этот радостный момент.

Ромеро тронул меня за плечо, но я прижалась к нему, ища утешения, и после секундного колебания он обнял меня.

— Ария, Лука вернется к тебе.

Я хотела верить ему, больше ничего не хотела. Кивнув, я отстранилась и вытерла глаза, смущенная своей вспышкой. Даже если отсутствие Луки разбило мне сердце, я должна быть сильной ради нашего ребенка.

Я нервничала. Впервые за три недели я увидела Луку. Мы не разговаривали и не переписывались. Я отправила ему пару сообщений в начале, но потом сдалась, когда он их проигнорировал. Если ему нужно пространство, я дам ему его, даже если это убьет меня.

— Мы должны отпраздновать без мужчин, — пробормотала Джианна. — Они только все испортят.

Она имела в виду Луку, и я беспокоилась, что она права.