Святой Грааль

Мокрые, покрытые слизью, они яростно извивались, щелкали зубастыми пастями. Томас намучился, помогая незадачливому рыболову, — щуки оказались живучими, хотя на головах обеих были следы когтей. Когда еще первую пытался ухватить за хвост — за жабры опасно: пасть как у крокодила, а зубы в дюйм, — то щука могучим рывком швырнула его на землю, только железо загремело, в глаза полетел мокрый песок, перемешанный с рыбьей слизью. Ругаясь как тамплиер, оглушил одну и другую железными кулаками, довершая работу дракона, отволок подальше на сухое место.

Дракон вылез, растопырил лапы и отряхнулся, как пес. Во все стороны с тучами воды и песка полетели раки, камешки. В зубах дракон держал третью щуку. На берег он заковылял веселой трусцой, глаза озорно блестели, даже щитки на морде чуть раздвинулись. Он завидел Томаса, который утаскивал щуку за хвост, резко остановился. Нижняя челюсть отвисла, свежепойманная щука мокро шлепнулась на землю, дважды подпрыгнула, ляпнулась возле берега в мелкую воду, еще раз мощно выгнулась и метнула гибкое тело на глубину.

Томас выронил щуку, присел к самой земле от страшного рева. Дракон орал так, что земля тряслась, деревья гнулись, а листья сыпались на землю, будто кто-то тряс ветки. Глаза дракона страшно налились кровью, огромный гребень встал дыбом от затылка до кончика хвоста.

Калика оглянулся на рев, Томас закричал ему в страхе:

— Куда ты дел сома? — крикнул Олег.

— Он думает, я съел?

Олег поднялся во весь рост, приложил ладонь козырьком ко лбу:

— Не трогал вовсе! — закричал Томас гневно.

Олег смотрел с великим сомнением:

— А куда утаскивал еще и щуку?

Дракон внезапно бросился вперед короткими, суетливыми прыжками. Глаза не отрывались от Томаса, челюсти начали раскрываться, блеснули зубы. Томас стоял как завороженный, глядя на приближающегося страшного зверя, вдруг в уши врезался отчаянный вопль:

— В щель!.. Рядом с тобой щель! Слева!!!

Томас, подчиняясь крику, непроизвольно прыгнул влево, перескочил толстую щуку, упал в щель, откатился от входа. Тут же потемнело, скала содрогнулась от тяжелого удара, уши резанул страшный рев разъяренного дракона. Зверь пытался засунуть морду в узкую щель, ревел от огорчения. Томас без сил вжимался в угол, голова раскалывалась от жуткого рева, а дух перехватывало от смрадного дыхания.

Когда дракон на миг умолк, набирая в грудь воздух для следующего вопля, Томас вскинул голову, огляделся. Он в западне, другого выхода нет. Дракон страшно взревел и пытался засунуть лапу в щель, у Томаса волосы шевелились под шлемом, ибо чудовищные когти царапали каменный пол всего в шаге. Дракон как-то сумел повернуться, и когти почти дотянулись до рыцаря. Томас распластался по стене, глядя с ужасом на лапу, что скребла пол уже в двух дюймах от его ноги.