Священник

Моисей медленно встал на ноги и закричал что есть силы:

— Отойдите от шатров Корея, Дафана и Авирона! — он раскинул руки и поспешил к людям. — Скорее! Отойдите от шатров этих нечестивых людей, не прикасайтесь ни к чему, что им принадлежит! Прикоснетесь, и умрете за их грехи!

— Не слушайте его! — кричал Корей. — Каждый, кто стоит с кадильницей, свят!

В них ничего не изменилось. Люди были такие же, как и всегда — жестокосердные, упрямые и непокорные. Фараон забывал ужасы казней египетских всякий раз, как только Господь избавлял от них. И этот народ забывал Божью доброту и обеспечение всякий раз, как только приходили трудности. Фараон не отступал от путей египетских, держась за свою гордыню, а эти люди ухватились за свое желание жить по собственным прихотям. Они жаждали вернуться в поработившую их страну со всеми ее идолами.

— Разве не Господь выбрал нас, чтобы мы были советниками и вели народ? — выкрикнул кто-то.

— Что сделал для вас этот старик? Мы воздадим честь Богу, если приведем вас в землю, которую Он покорил для нас! Мы вернемся в Египет, и теперь мы будем там господствовать!

— Так вы узнаете, что Господь послал меня сделать все то, что я сделал. Ибо я ничего не делал от себя. Если эти люди умрут естественной смертью, то Господь не посылал меня. Но если Бог сотворит чудо, и разверзнется земля, и поглотит их и все их имущество, и живыми сойдут они в преисподнюю, — тогда вы узнаете, что эти люди пренебрегают Господом!

Едва он это сказал, как земля загрохотала. Аарон почувствовал, как под ногами все заходило и задвигалось, словно Господь стряхивал пыль с одеяла. Аарон быстро поднялся на ноги, расставив их пошире, стараясь удержать равновесие. Он продолжал крепко сжимать в руке кадильницу. Раскололись камни, и в земле появилась широкая трещина. Оказавшись на краю пропасти, Корей покачнулся и с криком полетел головой вниз в зияющую пустоту, а следом за ним последовали его сторонники. Туда же полетел его шатер с женой, наложницами, детьми и слугами. Все до единого из семьи Корея живыми сошли в землю. Люди в ужасе разбегались, слыша из глубины пропасти страшные крики.

— Назад! Отойдите! Земля и нас поглотит!

Дыра быстро сомкнулась, заглушая доносившиеся снизу вопли боли и ужаса.

Вслед за этим на землю сошел огонь от Господа и сжег двести пятьдесят мужчин, кадивших фимиам, превращая их тела в обуглившиеся трупы, — как это было с Надавом и Авиудом. Они падали там же, где стояли: теперь это были тлеющие останки, почерневшие пальцы все еще сжимали кадильницы, которые падали на землю с глухим звоном, рассыпая самодельный фимиам.

Только один Аарон продолжал стоять у входа в скинию, по-прежнему держа в руке свою кадильницу.

— Елеазар! — Моисей подозвал сына Аарона.